Онлайн книга «К нам осень не придёт»
|
— Я имел честь познакомиться с ними, ваше сиятельство; увы, наш разговор продлился всего лишь несколько минут — по известной вам причине. Мне пришлось оставить их и отвести Анет домой, — смиренно ответил Левашёв. — И только-то? — графиня Нессельроде проницательно всмотрелась в его лицо. — А мне показалось, Софи Нарышкина весьма заинтересовалась вами! Она, граф, о вас расспрашивала. Хотела знать, чем вы занимаетесь, как часто бываете в свете… Владимир развёл руками, демонстрируя полнейшую неосведомлённость — но внутри у него всё трепетало в радостном возбуждении. Значит, Софью Нарышкину ему тоже удалось впечатлить! Итак, теперь нужно действовать, действовать — но только не торопиться. — Уверен, моя супруга будет счастлива возобновить знакомство с Софьей Дмитриевной, — ответил он. — А часто ли мадемуазель Нарышкина намерена появляться в обществе? — Вероятно, часто. Ну, тогда ваша Анна Алексеевна не откажется посетить нас на следующей неделе — я устраиваю небольшие журфиксы в малой гостиной. Для своих, — прибавила графиня Нессельроде, насмешливо щуря глаза. — Тешу себя надеждой, что и вы решитесь её сопровождать. * * * По дороге домой Владимир старался умерить возбуждение, боясь, что совершит какую-нибудь глупую ошибку и спугнёт столь благосклоннуюк нему удачу. Итак — Софья Нарышкина, которую не в коем случае нельзя упускать. И Анна… От Анны надо срочно избавляться, так, чтобы к моменту их предполагаемого сближения с Софьей он стал уже свободным. Иначе нет смысла всё это затевать. Что касалось незнакомого ему жениха Софьи Нарышкиной, тут ещё тоже следовало поразмыслить. Если тот окажется настойчив, сложностей не избежать; как бы ему, Владимиру, не пришлось бы принимать вызов на дуэль. Софья говорила, что жених ни капельки ни влюблён в неё, но она могла и ошибаться. Владимир поморщился при этой мысли: он не был трусом и обладал достаточно азартным характером, чтобы рискнуть, если многое поставлено на карту — но тут пока что слишком всё неопределённо. А рисковать попусту ему очень не хотелось; значит, с женихом до некоторых пор лучше не связываться. Ещё он подспудно надеялся, что мать Нарышкиной не станет слишком неволить Софью — Владимир прекрасно видел, как та печётся за свою дочь и боится её расстроить. Авось, и без дуэли как-нибудь обойдётся. Значит, главной преградой к будущим свершениям остаётся Анна. Вот было бы хорошо, если бы она просто исчезла, подобно своей маменьке! И не пришлось бы марать руки и подвергать себя страшной опасности… Но как можно заставить её уйти добровольно? Анна не религиозна, не склонна к умопомешательству и внушению, а ещё она весьма дерзка и упряма. Смешно будет просить её удалиться в монастырь и дать ему свободу! Оскорблений с его стороны она не испугается, измены её не волнуют… Левашёву расхотелось ехать домой: там придётся общаться с Еленой и делать вид, что его очень интересуют её пространные рассказы о малышах. Не то чтобы собственные дети были ему безразличны — но зачем же постоянно обсуждать каждую деталь их существования? Владимиру казалось вполне достаточным, если дети живы, здоровы и накормлены; больше тут и говорить не о чем. И он решил завернуть в какую-нибудь приличную кондитерскую, выпить чаю или кофею, просмотреть свежие газеты и поразмыслить в тишине. Владимира томила жажда действия, он понимал, что медлительность нынче не сыграет ему на руку, но в то же время это самое «действие» было настолько ужасным, что даже про себя он не отваживался облекать мысли в слова. |