Книга К нам осень не придёт, страница 91 – Ксения Шелкова

— А на каком поприще намерен преуспеть ваш муж? — спросил Полоцкий.

Анна замялась. На самом деле, Левашёв не раз делился своими планами с Еленой и Катериной Фёдоровной в её присутствии; Анна же, как всегда, почти не слушала — карьера супруга была ей глубоко безразлична.

— Он хотел бы заняться… поступить на службу… э-э-э… Впрочем, лучше спросите у него самого. Я не слишком-то разбираюсь в этих важных вопросах.

— В самом деле, к чему такой красивой женщине утруждать себя столь скучными вещами! — спокойно подтвердил Полоцкий; однако даже произнося совершенно обычный комплимент, он не улыбнулся и не переставал холодно наблюдать за ней.

«Будто кошка, стерегущая мышь!» — пришло ей в голову сравнение. Поведение князя было настолько непохоже на подобострастие её поклонников, что ею овладел азарт. Анне захотелось перехватить у него инициативу.

— Скажите, князь, вы ведь любите путешествовать?

Она ждала, что собеседник хотя бы вздрогнет, но ничуть не бывало.

— Да, люблю, но увеселительные поездки совершаю редко. Не выношу так называемых модных курортов. Их посетители никогда не видят настоящей, природной красоты — той, ради которой только и следует покидать родной дом и привычную жизнь.

Анна слушала и понимала, что на прямой вопрос: «это были вы тогда, в горах?» — Полоцкий всё равно не ответит. Но ей надо было непременно это узнать — она даже до конца не понимала, зачем. Возможно, оттого, что в ту ночь он пришёл ей на помощь, подобно ангелу с неба; Анну волновало это присутствие незримого защитника, ей так хотелосьверить в него! Но вот сейчас, когда князь шёл с ней рядом и она видела его своими глазами — он был таким чужим и холодным, что их встреча в горах показалась ей приснившейся. Анне вдруг стало обидно, как никогда. У неё едва не брызнули слёзы, и только привычка держать себя в руках, выработанная в последнее время, помогла ей сохранять вежливую полуулыбку.

Она усиленно обмахивалась веером, и Вацлав Брониславович подал ей бокал с каким-то прохладительным напитком; Анна машинально пригубила, даже не замечая, что именно пьёт. Сквозь кружевную перчатку она ощутила холод, исходящий от его пальцев… В их первую встречу его руки были тёплыми.

— Не пройти ли нам к камину? — предложила Анна дрогнувшим голосом. — Мне показалось, вы продрогли…

И тут же прикусила язык. Слава Богу, никто не прислушивался к их беседе!

— Благодарю за заботу, — тихо ответил князь, — однако холодные руки — не обязательно признак того, что тело нуждается в тепле. Когда снаружи жарко, приходится охлаждать себя изнутри. А также тех, кто рядом. А в этом салоне, несомненно, слишком уж душно и жарко. На месте четы Нессельроде я приказал бы истопникам расходовать втрое меньше дров.

Анна смотрела на князя, широко раскрыв глаза, затем рассмеялась.

— Полезное умение. Вы, верно, любите свежий воздух?

— О, да! — согласился Полоцкий. — Я ведь, в сущности, сельский житель. Только вне города можно ощутить, что такое настоящий воздух.

Пожалуй, сейчас в его голосе она слышала искренние нотки вместо общих любезно-безразличных фраз. Ей так хотелось продлить эту на миг возникшую близость, что она забыла обо всём на свете, даже о том, что вокруг много народу, за ними наблюдают десятки глаз, и наверняка её нескрываемый интерес к князю даст любопытствующим пищу для пересудов.