Онлайн книга «Вилла Гутенбрунн»
|
— А почему, собственно? Не потому ли, что я слишком много знаю? И опасен я для вас прежде всего, не так ли, Сопровождающий? Ты говорил, что вы против насилия, что цель Эксперимента — научить джеайн жить во имя разума, отказаться от животной агрессии, и, как следствия, войн и конфликтов. Но разве вы не совершали насилия надо мной? Вы держали меня в подчинении все эти годы, я был вашей марионеткой и делал то, что вы хотели! — Мы не предлагали тебе делать ничего во вред твоему народу, — спокойно сказал собеседник. — Твоя совесть может быть чиста. Проводник смотрел на него и прикидывал, что будет, если он просто скажет о своих подозрениях. Он не сомневался, что теосийцы в любом случае не оставят его на Джейа. И у него не было уверенности, что его вообще оставят в живых. Значит, его последняя рукопись должна быть дописана во что бы то ни стало. Но в присутствии Сопровождающего это невозможно, к тому же бумаги надо будет спрятать… * * * …Начав однажды подозревать Сопровождающего в неискренности, я не мог остановиться. Нет, я не думал, что он просто лжет мне. Я лишь догадывался, что он не говорит всей правды. Зачем они прибыли на Джейа? Помочь нам, диким, необузданным, воинственным существам, стать лучше? Но… я видел, что ему, в сущности, безразличны джейане. Он жил крайне замкнуто, общался с минимумом окружающих, лишь с теми, с кем не мог не общаться. А вот интересен — по-настоящему интересен — ему был лишь я. И мои книги. Он редко отвечал подробно на мои расспросы про Теос. Говорил лишь, что там мирно и хорошо, развиты науки, теосийцы не болеют и не воюют, никогда-никогда. Они совершают открытия, строят совершенные воздушные корабли, летают к дальним планетам, забираются в заброшенные уголки Вселенной. Это ли не та жизнь, к которой стоит стремиться? И я чувствовал, что он не договаривает. Я не боялся его и не думал, что теосийцы замышляют для моей планеты какой-то вред. В конце концов, реши они завоевать Джейа — а зачем? — они могли бы пойти куда более прямым путем. Наверняка у них есть оружие… Стоп. Тут я каждый раз спотыкался. Брат клялся мне, что оружия у них на Теосе нет, совсем нет. Но как же такое возможно, особенно если они столь рьяно осваивают незнакомые планеты? Я не был уже так наивен, как много лет назад, и не верил в это. Оружие было, это несомненно. Но меня настораживало не это. Раз почувствовав неискренность, я уже больше не доверял ему. И я решился, наконец, задать вопрос — пусть даже это будет последнее, что я сделаю в своей жизни… (рукопись вновь оборвана) * * * — Ты обманывал меня все это время. Вы не собирались помогать джеайнам, вам вообще нет до нас дела, не так ли? Сопровождающий помолчал. Его лицо сейчас казалось алебастровой маской, а глаза за стеклами очков в тонкой золотой оправе напоминали кристаллы льда. — Ну, что же, — медленно, задумчиво проговорил он. — Видно, я в тебе не ошибся, и это даже хорошо. Лучше, чем я предполагал. Проводник молча смотрел на него и ждал. Страха почему-то не было. — Те книги, что ты писал — умные, талантливые книги, — они и вправду слишком хороши для этих, э-э-э… Для твоих сородичей. Они были предназначены не для них, а для нас, теосийцев. Спросишь, зачем? Затем, что мой народ уже много лет вырождается. Мы и правда достигли высшего в науке, технике и медицине. Наша жизнь очень долгая — дольше, чем ты можешь себе представить. У нас нет насильственной смерти, только тихая мирная смерть от старости. Мы давно уже не испытываем никаких бытовых неудобств или неприятностей, физических страданий, лишений. Уверяю тебя, в представлении вас, джейан, наша жизнь — настоящее блаженство, длящееся практически бесконечно, а каждый теосиец — почти божество. |