Книга Исполняющая обязанности жены генерала дракона, страница 3 – Кристина Юраш

— Дорогой, — тихо произнесла она, — познакомься. Это — твоя сиделка. Ее зовут Элана. Она будет ухаживать за тобой.

Генерал, словно нехотя, повернул голову, и я почувствовала, как в его взгляде вспыхнуло что-то — смесь недовольства и внутренней боли.

— Зачем мне сиделка? — его голос прозвучал резко, чуть хрипловато.

Но я услышала в нем и нотки скрытой боли, и усталости. Он явно не хотел показывать свою уязвимость.

— Аврелиан, как за чем? — улыбнулась Элеонора, — чтобы ты побыстрее выздоравливал.

Генеральша заметила мое замешательство. Её брови нахмурились, а губы сжались в тонкую линию.

Она подошла ближе, и её аромат, смесь дорогих духов и чего-то ещё, невыразимо женственного, опьянил меня.

Генерал продолжал смотреть на меня в полоборота. Его взгляд был полон раздражения и недоверия.

Я чувствовала, как напряжение в комнате нарастает, словно натянутая струна.

Элеонора, казалось, наслаждалась этой игрой, её губы изогнулись в едва заметной улыбке, как будто она знала, что происходит в душе своего мужа.

— Я не нуждаюсь в сиделке, — произнес генерал, но на этот раз его голос звучал с пугающей твердостью. — Я неплохо справляюсь сам.

Я сделала шаг вперед, стараясь не выдать своего волнения.

Внутри меня бушевали эмоции, но я знала, что должна оставаться спокойной. В голове пронеслось: «Он не доверяет никому, и пытается держать дистанцию. Он отвергает любые попытки ухаживания или помощи. Случай тяжелый».

— Господин генерал, — начала я, стараясь говорить уверенно, — я здесь, чтобы помочь вам. Я понимаю, что это непросто, но я обещаю сделать все возможное, чтобы облегчить ваши страдания.

— Страдания, говоришь?

И тут он повернулся ко мне лицом.

О, боже мой!

Уродливый росчерк шрама пересекал его красивое лицо по диагонали, проходя сквозь переносицу и заканчивался чуть ниже мочки уха, разделяясь на две части.

При виде этого шрама внутри шевельнулось что-то похожее на жалость и смущение.

Мне тут же захотелось отвести взгляд.

Судьба! Это — слишком жестоко по отношению к такой красоте!

В голове пронеслось: «За что? Такое красивое лицо и вот так!».

Если бы не этот шрам, то я могла бы сказать, что никогда в жизни не видела более красивого мужчины.

Чувство внутренней несправедливости заставило меня сглотнуть.

От пронзительно серых глаз, казалось, не укрылись мои мысли, хотя я и всеми силами пыталась скрыть. Серые глаза смотрели на меня пристально, словно видели больше, чем нужно.

«Ну что? Полюбовалась?», — спросил меня насмешливо — горький холод взгляда. — «Ну и как я тебе?».

— Вы не понимаете, — наконец произнес генерал, и в его голосе звучала горечь. Он разгадал мой взгляд. — Вы ничем не можете мне помочь. Поэтому убирайтесь.

Элеонора, которая все это время стояла рядом со мной, словно тень, добавила ласковым голосом:

— Это невыносимо. Я хочу, чтобы он снова стал прежним, но для этого ему нужна помощь. Любимый…

Это слово словно отвертка в сердце заставило меня дернуть глазом.

Сколько раз я видела и слышала: «Когда же эта старая карга отправится навсегда погостить к родственникам!». И тут же, в комнате, на нее нападали с поцелуями всей стаей многочисленной родни, в шесть рук подтыкая одеяльце и в десяток ног спеша за стаканом воды.

Я почувствовала, как в груди у меня закипает гнев. Но я знала, что сейчас не время для эмоций.