Книга Исполняющая обязанности жены генерала дракона, страница 73 – Кристина Юраш

Я подошла к своей комнате, видя на столике портрет поместья моей мечты. Я сложила его в чемодан, пока в дверях дежурила надсмотрщица.

Вещей у меня было немного, поэтому сборы были недолгими.

Я стиснула зубы, чтобы не выдать никаких чувств.

Когда мой саквояж был собран, я вышла из комнаты, и в сопровождении Элеоноры направилась на выход. Уже на улице, она бросила мне мешочек золота.

— Вы даже не дадите попрощаться? — произнесла я.

— А зачем? — спросила она. — Вот твои деньги за фактически отработанное время.

— Я точно уволена? — спросила я, помня, как разрываются магические договора.

— Да! Ты уволена! — произнесла Элеонора. В воздухе появился магический договор и разорвался пополам. — Но от клятвы не освобождена. Нечего всем подряд выбалтывать секреты семьи Моравиа.

Меня запихнули в карету, а я увидела красивого, молодого мужчину, сидящего напротив. Вид у него был холодный и надменный. А при виде меня вообще превратился в видчеловека, об которое мажут грязь.

— Отвези ее в ближайшую деревню, а потом возвращайся, — выдохнула Элеонора. — А я пойду к мужу и скажу, что сиделка только что умоляла меня рассчитать ее.

Элеонора направилась в поместье.

А я оказалась напротив ее любовника.

— В ближайшую деревню! — крикнул любовник, а карета тронулась.

Я поднял взгляд на стену и окинул взглядом наш путь к успеху — длинную, тернистую дорогу, усыпанную испытаниями и надеждой. Внутри меня зажглась искра гордости и усталости, словно я почти прошел сквозь шторм, и теперь я почти стоял на вершине своей мечты.

Но тут, словно случайный штрих в этом ярком полотне, мой взгляд упал на мою грудь — там, где маленький Нахрен сосал мою пуговицу. Я чувствовал себя мамой-кошкой, у которой котенок ищет сосок.

— Эй, — позвал я его, тронув огромное ухо. — Может прекратишь? Ты меня слышишь?

Он смотрел на меня своими огромными, полными доверия глазами, а его трепетливый носик тихо дергался — словно он понимал, что я говорю, но не мог выразить словами ответ.

— Ты мне так пуговицу отгрызешь, — усмехнулся я, немного смягчившись.

Нахрен посмотрел на меня, а потом осмотрелся, мол, у тебя же есть еще! Чего мне волноваться! Он устроился поудобнее, а его острые коготки наминали мою одежду.

«Слышь, мышь», — прошептал я, наблюдая, как он зевает, открывая крошечные зубки, — «ты что, совсем забыл, кто тут главный?»

И вдруг, как вспышка, он тяпнул меня за палец — острыми зубками пробив кожу. Нет, главное, висит на моем пальце, зубы пробили кожу, а в глазах такая вселенская любовь.

— Понятно, — усмехнулся я. — Ладно, мышь. Живи.

Послышались шаги. Я перевел взгляд на дверь.

Голос жены — тихий, спокойный, но в нем слышалась доза тревоги и усталости. «Я здесь», — произнесла Элеонора, входя в комнату.

В тот момент, когда мои глаза встретились с ее взглядом, я не почувствовал ничего. Словно в комнату вошла чужая женщина.

— Ну что ж, — сказала жена, и в ее голосе прозвучала усталая грусть. — У меня для тебя очень неприятная новость. Наша дорогая сиделка, Элана, только что умоляла меня дать ей расчет. Она вцепилась в меня, умоляя найти кого-то на ее место, и я никак не могла отказать. Она кричала, что не может больше оставаться в этом доме!

Я не мог не почувствовать, как меня охватывает внезапное ощущение пустоты — словно ледяной удар, пробежавший по спине.