Книга Генерал - Дракон! Будь моим папой!, страница 39 – Кристина Юраш

Собрав волосы в хаотичный пучок, я вышла из ванной. Дворецкий встретил меня с легким кивком и предложил проводить к кабинету генерала. Я уверенно направилась вперед, хотя в груди по-прежнему раздавался звук рыдания, который захлебывался паникой.

Генерал уже ждал меня, изучая карты и схемы города, но как только я вошла, он отложилвсе на стол и поднял на меня взгляд. В его глазах я увидела не только авторитет и холод, но и нечто более человеческое — понимание, которое вызывало во мне надежду.

— Раяна знает адрес? — спросил он.

— Ну, да… Мы его разучивали, — кивнула я. И тут же дернулась. А что если она встретит кого-то, кто может отвести ее домой? А вдруг она и правда заблудилась! Вдруг найдется добрая душа, которая не оставит кроху на улице!

— А теперь мы поедем к вам домой, и будем ждать там! — произнес генерал, кивая дворецкому.

Я первая бросилась в карету, и забралась в нее, не дожидаясь помощи.

Генерал сел следом.

Я сидела в карете, зажмурившись от страха. Сколько ни пыталась заглушить его, изнутри накатывалось ощущение, что каждое мгновение тянется вечность.

А потом внутри родилась надежда. Надежда, что я приеду, а там дочка.

И теперь дорога казалась бесконечно долгой.

Я верила всем сердцем, что Раяна дома. Или возле двери, поэтому мысленно торопила карету. Казалось, моя душа летит впереди нее и кричит на ухо лошадям: «Быстрее, милые! Быстрее!».

Генерал, сидящий рядом, вскинул голову, судя по его лицу, он тоже чувствовал в груди этот неприятный ком переживаний.

И я была ему благодарна за помощь. И за то, что он делает для малышки больше, чем родной отец. И за его неравнодушие.

Знакомая улица заставила сердце замереть. Может, я зря переживаю? Может, Раяна уже дома?

Как только карета остановилась, я бросилась из нее, открывая дверь.

— Раяна! — позвала я, с топотом вбегая в детскую комнату, потом на кухню, потом в в гостиную. Мои шаги замедлялись, а я уже без надежды открыла дверь в свою комнату.

Надежда разбилась на осколки, а я почувствовала холод, присаживаясь на пуфик.

Это ужасное ожидание, как будто я пришла на собственные похороны.

Я совсем не хотела оставаться в тишине.

В этом доме никогда не было тихо!

Всегда слышался то детский смех, то топот ног. А теперь тишина пугала меня.

Почему я не смогла защитить свою дочь? Я чувствовала себя плохой матерью, предавшей собственное дитя.

Каждый мурашка на коже отзывалась в унисон с укором собственных мыслей: «Почему ты решила, что все будет хорошо? Как могла не проверить замки? Почему ты не легла спать с ней в комнате?».

Я подняла глаза на Эрфольга, который стоял в коридоре.

— Ты был прав! — выдохнула я устало. — Я — ужасная мать. Я должна предусмотреть все! Абсолютно все. У меня постоянно в голове вертится что-то вроде, а вдруг чайник упадет, вдруг карниз плохо закреплен, вдруг потоп, вдруг пожар… Но у меня даже в мыслях не было, что ребенок исчезнет из собственного дома. Я — самая худшая мать на свете…

От этих слов захотелось плакать. Внезапно я почувствовала прикосновение к своему плечу. Проглотив боль, я посмотрела на генерала.

— Я уже пожалел о том, что сказал эти слова, — послышался голос, а я смотрела на красивое лицо. — Я не знал вас. Не знал, как вы живете. Я не знал, что одна бедная аристократка тащит на себе и работу, и хозяйство, и воспитание дочери, умудряясь едва сводить концы с концами. Без слуг, без мужа, без родственников. Так что ты — просто очень уставшая мать… Измученная, замотанная и бесконечно любящая…