Книга Жена из дома утех для генерала дракона, страница 56 – Кристина Юраш

«Я ведь знаю, что ты все еще любишь моего сына. Ты носишь под сердцем его ребенка. Но, заклинаю, откажись от него!», — поймал я себя на мысли, когда я видел, как она скидывает одеяло.

Если бы можно было взять и вырвать из ее сердца любовь к моему сыну, я бы сделал это не раздумывая. Но это было не в моей власти.

Я видел стройную ножку и закатанную ночную рубашку. Мне кажется, я схожу с ума. Мне захотелось скользнуть рукой по ее колену, опрокинуть ее на подушки, приоткрыть поцелуем ее губы и дать ей почувствовать, как сильно я хочу ее.

Больше всего на свете я не хотел звать горничную, чтобы обработать раны.

— Тише, девочка моя, — шептал я, обдавая ее жаром. Я знаю это мерзкое зелье. Хочется на стенку лезть. Я едва ли не касался поцелуем ее кожи. Еще немного и я бы коснулся.

Я утешал ее, дуя на глубокие царапины, а сам мысленно шептал: «Я дам тебе все, что ты захочешь. Только скажи… Все… Нет такой вещи, которой я бы не смог бы тебе дать… Одно слово… Всего одно слово… Просто скажи мне „Да“ Не ему. Мне. Если стесняешься, прошепчи мне его, и я услышу…».

Я усмехнулся. Несмотря на то, что сегодня был самый неприятный разговор с сыном, я чувствовал, словно тайная мечта вдруг начала сбываться.

Кто бы мог подумать!

Невеста сына.

Кажется, я только сейчас начинаю понимать, о чем говорил мне мой сын. Если он испытывает тоже самое к Анне- Шарлотте, то я его понимаю.

Я чувствовал, как сгораю изнутри, глядя как она изгибается, словно пытаясь избежать прикосновение лекарства к ране. Как замирает, как из ее губ вырывается стон.

«Тебе больно? А представь, как больно мне, когда я вынужден причинить тебе эту боль! С каждым твои „ай!“ и „ой!“ я просто выжигаю себя изнутри», — слышал я свой внутренний голос.

'Ты ничего не знаешь о боли, девочка. В тот момент, когда я вел тебя к алтарю, я, мысленно, словно ножом пронзал свое сердце, заставляя его отпустить тебя! Ты не знаешь, что я чувствовал, когда вкладывал твою руку в руку моего сына. И, наверное, хорошо, что ты об этом никогда не узнаешь.

Я разрывался на части между нежностью и страстью. За одну секунду меня бросало из крайности в крайность.

Сейчас я смотрел на нее, как на добычу, которую держу в своих руках, покрываю поцелуями, изнемогая от страсти.

Мне показалось,что если я задержусь в комнате, хоть на минуту дольше, то я просто потеряю власть над чувствами.

И мои сны станут реальностью. Потом, примерно к обеду я поеду за кольцом. Но вот как я после этого буду смотреть ей в глаза, я не знаю.

— Спокойной ночи, — вежливо и холодно произнес я, выходя из комнаты.

Я остановился в коридоре, чувствуя, что спать не совершенно не хочется. Я пытался представить себе, как завтра начну разговор о том, что хочу на ней жениться. Как она это воспримет? Мне кажется, с ужасом. Еще вчера она была невестой моего сына, а сейчас я предлагаю ей выйти замуж за меня.

Да. Разговор будет непростым.

Я направился в кабинет, чтобы все обдумать. Портрет покойной жены смотрел на меня, а я не знал, одобрила бы она мой выбор? Или нет. Мне это было неважно.

— Поздравляю. У нас с тобой намечается внук. Не думал, что скажу, но как хорошо, что ты не дожила до этого дня. Я ужасно недоволен сыном. Настолько, насколько можно быть недовольным. Я думаю, что ты оттуда все прекрасно видишь. И нечего таить. Да, я встретил ту, которая нужна мне, как воздух. Я готов был оторвать ее от сердца и подарить сыну, но сейчас я понимаю, что не могу без нее, — прошептал я, видя, как луч света падает на платье покойной жены. — Мне нужен был бы совет друга, как мне сказать ей о том, что я хочу жениться на ней. Ведь я уверен, что она откажет, а давить на ребенка я не хочу. Но, чувствую, придется зайти с этой стороны.