Книга Разлучница для генерала дракона, страница 19 – Кристина Юраш

Я осталась одна, чувствуя, как напряжение внутри меня нарастает. Осторожно приблизившись к двери, я услышала, как доктор и генерал о чем-то тихо переговариваются. Их голоса доносились до меня приглушенно, но я пыталась уловить каждое слово.

Стены вокруг казались тяжелыми, мертвыми, словно знали мою тайну и хранили ее в своих холодных каменных объятиях. Каждая трещина в штукатурке, каждый уголок, каждый звук — все это было против меня. Мое сердце билось так сильно, что я боялась, что его стук можно услышать даже за толстым деревянным дверным полотном.

Руки нервно сжались в кулаки, пальцы побелели, как будто я пыталась удержать саму себя от того, чтобы не броситься в комнату и во всем признаться.

Кровь приливала к щекам, словно мое тело пыталось выдать мое внутреннее состояние. Внутри меня все бурлило: страх, тревога, надежда и острое чувство опасности.

Ведь этот разговор мог вызвать подозрения, которые могли выдать меня с головой!

Голос Доктора Рейвса доносился из-за двери, спокойный, но в нем звучала тонкая нотка настойчивости, которая заставляла меня напрягаться еще больше.

Я прильнула к дверной щели, словно боясь упустить что-то важное, но в то же время стараясь не выдать своего присутствия.

— Господин генерал, нам нужно поговорить, — произнес доктор тихо, но твердо, как будто знал, что каждое его слово может иметь последствия.

Его голос был ровным, но в нем чувствовалась уверенность, которая не оставляла места для сомнений.

— Ваша дочь очень серьезно больна, — послышался голос доктора.

Я зажмурилась, чувствуя, как внутри меня что-то сжалось, как будто весь мир вокруг меня стал меньше. Каждая клетка моего тела напряглась, пытаясь расслышать каждое слово, каждый звук. Я боялась, что если что-то пойдет не так, то все мои усилия будут напрасны.

— Но перед тем как провести лечение, я бы хотел поговорить с вами с глазу на глаз, — голос доктора прозвучал мягко, но в нем была настойчивость, которая не оставляла места для отказа.

Он словно знал, что это важно, и не собирался отступать.

Мои глаза расширились, и сердце забилось еще сильнее. Я ощущала, как вены под кожей пульсировали, а дыхание стало прерывистым.

Мне показалось, что доктор что-то заподозрил!

Его слова, его тон — все это говорило о том, что он не просто врач, а человек, который знает больше, чем показывает.

— Лечение сложное? — голос генерала прозвучал тревожно, словно он уже чувствовал, что что-то не так. Его слова были наполнены беспокойством, но в то же время в них звучаларешимость.

— Нет, одно дорогое зелье, — ответил Доктор Рейвс, стараясь сохранить спокойствие в своем голосе. — Но я бы хотел с вами переговорить… лично. — он сделал паузу, словно пытаясь выбрать слова, которые могли бы не вызвать подозрений.

В моем сердце заиграла надежда, но она была смешана с тревогой. Я чуть сглотнула, чувствуя, как внутри всё сжалось от волнения. Каждое мгновение казалось вечностью, и я не знала, что будет дальше.

— Всё потом, — голос генерала прозвучал твердо, словно решение было уже принято. — Сначала здоровье ребенка. Все остальное потом. Я уже вылетаю. Приступайте к лечению как можно быстрее.

Я вздохнула с облегчением, словно выдохнула груз страха, который тяжелым бременем давил на меня все это время. Сердце, до этого бешено колотившееся, постепенно успокаивалось, и я почувствовала, как внутри начинает расти робкая надежда. Надежда на то, что моя дочь будет здорова. Пусть даже это обойдется такой высокой ценой!