Книга Казненная жена генерала дракона, страница 68 – Кристина Юраш

Дворецкий сглотнул и опустил голову. Он достал из рукава письмо.

— Я хотел сразу после того, как… ну вы поняли, — произнес он, протянув письмо генералу, — отнести его вам.

Генерал вырвал письмо из его руки. Эльдриан открыл его. Я ловила каждый его взгляд, каждое изменение в лице. Он резко повернулся, видя, как я застыла, вцепившись в перила.

— Иди в комнату. Посиди пока, — улыбнулся генерал. — Я сейчас разберусь со слугами и приду.

На негнущихся ногах я дошла до комнаты, чувствуя, как сердце повисло на волоске.

— Уволены, — послышался голос генерала.

И тишина. Я остановилась, прислушавшись.

— Мы защищаем честь семьи Моравиа! Мы много лет служили вам верой и правдой! — послышался полный обиды и боли голос дворецкого, многократно отраженный эхом от стен холла. — Знаете, для нас, слуг, честь семьи, которой мы служим — не пустой звук. Мы всегда гордилисьтем, что служим такой благородной семье!

И снова тишина.

— Значит, вам придется гордится семьей Моравиа на другом месте работы! — отчеканил Эльдриан. — Это — мое последнее слово.

Я ненавидела экзамены, контрольные и анализы, связанные с ожиданием результатов. Мне казалось, что это — самое мучительное в жизни: гадать и пытаться не нервничать.

Казалось, что за полчаса передо мной пролетела вся жизнь.

Стоя возле окна, я видела, как слуги выходят из дома с саквояжем. Начался дождь, словно в драматичном фильме, они застыли возле дома, прячась под зонтами. Многие горничные даже не успели переодеться. Старый дворецкий посмотрел на окна, словно прощаясь, а потом гордо зашагал прочь по лужам.

Я проводила их взглядом.

Ну, их было не так много, как на «построении», так что в душе оставалась надежда, что не все слуги участвовали в травле.

Как только они скрылись в тени деревьев, я обернулась на дверь. Что-то долго нет генерала! Мне от этого тревожно… Но еще тревожней, что там в письме⁈

Я вошел в кабинет и открыл письмо. Нет, это была не экспертиза. Это был ответ от одного моего хорошего знакомого при дворе.

— Господин генерал, — поморщился я, пропуская учтивые витиеватости. — Я бы рад вам помочь, но, увы, это не в моих силах. К сожалению, дело было предано слишком большой огласке. Вы себе не представляете, что творится возле королевского дворца. Каждый день здесь собираются толпы людей, требуя справедливого наказания для герцогини Моравиа. Они считают, что богатая, влиятельная и знатная дама избежит заслуженного наказания.

Я поморщился, но взял себя в руки, продолжая читать обстановку в столице.

— Его величество очень обеспокоен ситуацией. И требует ускорить разбирательство. Люди ненавидят вашу супругу столь же сильно, как обожают вас. Скажу честно, я на своем веку видал преступления и пострашнее! Намного страшнее. Но такой широкой огласки они не получали ни разу. Зачинствует и бесчинствует комитет благочестивых матерей, который ежедневно пополняется новыми членами. Сами понимаете, что данная ситуация подогревается комитетом, так что вопрос решить деньгами вряд ли удастся. Даже с вашими финансовыми возможностями. Я бы порекомендовал вам увезти вашу супругу подальше и спрятать где-нибудь в глуши в другом государстве, если бы не одно «но»…

Я пытался успокоить себя заранее. Казалось, я должен привыкнуть к плохим новостям. Но нет. Сердце все еще предательски сжималось.