Книга Барышня-кухарка для слепого князя, страница 74 – Дия Семина

Очень странные ощущения вызвал этот бесконечный год.

Если думать о делах, вспоминать о проделанной работе, то охарактеризовать непростой период может одно междометие: «Вжик!»

Столько всего я успела сделать с помощью близких. А с другой стороны, у меня и у нового мира совершенно разные скорости, местные даже не пытаются планировать боле двух дел в сутки. Я по старой привычке могу и десять задач себе ставить. Шило в одном месте — тот же стержень. И не хочу пока сбавлять темп.

Но, это всё, что касается дел.

А ведь у нас с Его Сиятельством есть личные отношения, поставленные на паузу.

Его запрягли службой так, что не продохнуть. Дело Ки-Ки с политическими прокламациями, найденными в её доме, кружок диверсантов-революционеров, смутьянов и зачатую дебоширов-неудачников раскрутилось так, что вся причастная к расследованию знать вздрогнула.

Сидели на пороховой бочке, а фитиль тлел совсем рядом. Но быстренько спохватились, задумались и начали менять законы. Продумывать новые системы, чтобы открывать дорогу талантливым людям вне зависимости от статуса. Не только кнутом, но пряником и открывшимися возможностями успокоить народ и не провоцировать разрушительные вихри революции. Уж я на эту тему запугала князя, рассказами о Франции, России в нашем мире и кровавых реках, какие с собой приносят революционные деятели. Революцию лучше сразу переиграть и сделать эволюционное развитие, чтобы избежать жертв. Жених меня полностью поддержал и ринулся в бой с сенатом и министрами, видимо, был убедительным.

Сенат на многое согласился: школы, больницы, училища, помощь обездоленным.

Законы для развития предпринимательства и промышленности. Все эти дела и заставили моего жениха окунуться в работу, как и меня.

Но, возможно, мы таким образом находим способ сублимировать свои желания. Из-за траура я не могу открыто встречаться с ним, только под каким-то официальным предлогом и в сопровождении родственников или адвокатов.

Он лишь касается моей руки, а я любуюсь им на расстоянии. Невыносимо долгий траур…

— Ах! Милая моя, сегодня ровно год со дня похорон Филиппа! — утром мама внезапно напомнила, желая меня подбодрить. Может быть, они уже решили, что наши с женихом отношения близки к краху, не выдержали испытаний?

Но у меня эта дата в ежедневнике подчёркнута красным карандашиком! Так что…

Я СЕГОДНЯ НАРЯЖАЮСЬ!

Как мне надоел чёрный цвет. Никогда его не любила.

Не только я ждала этот день! Как бы стыдно ни было, что мы рады окончанию траура, ведь всё же годовщина смерти и всё такое. Но мы действительно рады.

После завтрака в нашу дверь настойчиво постучал посыльный.

Невероятный букет роз заставил снова улыбнуться. Вот теперь точно, трауру конец, пора под венец!

В цветах конверт и приглашение на небольшое семейное торжество во дворец Его Сиятельства.

День пролетел так же быстро, как и год. Мама и Арина нарядили девочек, сами приоделись.

Арина и Павел живут с нами в особняке на третьем этаже. Чтобы помогать по хозяйству, да и место у нас удобное. За полчаса до назначенного срока, за мной в кафе заехала карета, и я ощутила себя очень знатной особой, два лакея в дорогих мундирах, эскорт с княжеским размахом.

Это непростое мероприятие, этот официальное объявление о помолвке и назначение даты свадьбы. Поздравления, несколько вальсов, приятные закуски. Почти бал в нашу честь.