Книга Спасти тигра, приручить магистра и (НЕ) влюбиться, страница 26 – Мара Капс

Одни шептались, что я, злая колдунья, подчинившая его волю с помощью древнего заклятия. Другие, напротив, называли меня чудом, редким случаем, когда кто-то сумел успокоить его, залечить старые раны и вернуть способность чувствовать. В их глазах я была не просто случайной гостьей, а кем-то, кто изменил ход событий.

И вот теперь план. Первым пунктом было, конечно, показать, что я расчётливая и корыстная. Не просто наивная травница, а женщина, которая знает, чего хочет. Свободы и комфорта.

Вторым пунктом было создать вокруг нас напряжение. Пусть думают, что я опасна. Пусть Совет нервничает, пусть Кайлас наблюдает, пусть слухи множатся. Это отвлекает. А в тени отвлечения можно действовать.

Я уже потянулась к двери, собираясь выйти, как за спиной раздался голос Долманна.

— Ты уверена, что справишься?

— А ты уверен, что хочешь, чтобы я справилась? — ответила я, не двигаясь.

— Я не хочу, чтобы ты исчезла, — сказал он тихо. — Даже если это часть плана.

— Тогда не мешай мне стать той, кого невозможно забыть, — я улыбнулась, но в голосе прозвучала сталь. — Это будет проще, чем ты думаешь.

Он ничего не ответил. Я вышла, прикрыв за собой дверь, и почти сразу столкнулась с Мари, которая как раз проходила по коридору.

— Кто такая мадам Джаннет, швея высшего общества? — спросила я, решив с этого момента начать свою игру. — Долман сказал, что завтра она составит мой гардероб.

Мари замерла, а потом резко изменилась в лице.

— Вы что, не знаете её? Да чтобы получить всего один наряд от Джаннет,дамы ждут месяцами! А она самолично приедет?

Я кивнула, стараясь выглядеть так, будто это меня не впечатлило, и пошла следом за Мари, слушая, как она, забыв про все дела, начала говорить:

— У неё ателье на Золотом проспекте. Только по личным рекомендациям, только для избранных. Говорят, она отказывает даже графиням, если те не соответствуют её эстетике. А если уж берётся, то создаёт не просто наряд, а образ, легенду, целую историю.

Мари смотрела на меня с таким выражением, будто я только что объявила, что стану королевой. Я пожала плечами, как будто всё это было делом привычным, хотя внутри у меня вспыхнуло любопытство. Почему Долман выбрал именно её? Что он хотел этим сказать?

— И она приедет завтра? — повторила Мари, уже не спрашивая, а пытаясь осознать.

— Так сказал магистр, — ответила я, чуть наклонив голову. — Видимо, у него есть свои причины.

Пока я примеряла маску равнодушия, Дина и ещё несколько птичек наблюдали за Калайсом, докладывая о каждом его шаге. За целый день он не сделал ровным счётом ничего. Ни встреч, ни разговоров, ни намёка на активность. Просто появлялся неподалёку от меня, не привлекая внимания, словно был частью фона. Даже когда на следующий день прибыла мадам Джаннет, он устроил себе прогулку по саду там, откуда отлично просматривались окна гостиной, где мы расположились.

Мы — это я, швея и Долманн. Меня поставили посреди комнаты, как экспонат, а эти двое удобно устроились на диване, погрузившись в обсуждение чего-то, отображённого в парящей в воздухе книге. Страницы перелистывались сами, а я стояла, стараясь выглядеть так, будто мне всё это привычно. Как будто я каждый день примеряю наряды под наблюдением магистра и швеи высшего общества, пока за окном кто-то устраивает театральную слежку.