Книга Не время для волшебства, страница 1 – Шинара Ши

Тихий, сонный приморский городок Мирный, мягкой подковой стелился вдоль морского побережья, ярусами поднимаясь от самой кромки воды к своему сердцу — базарной площади и, пробиваясь сквозь заросли садов, стремился все выше к стенам летних резиденций знати империи Орло, затихших и покинутых до начала летнего сезона выезда двора.

Базарная площадь, такая же сонная, как и весь город в эту утреннюю пору, была пуста и безлюдна. Бледное солнце только начало красить золотисто-розовыми лучами стены лавок, магазинов, бортики и крыши деревянных прилавков, сбитых на улице по приказу градоначальника. Сердце это билось тихо и спокойно, ожидая не сколько нового дня, сколько прибытия в гавань кораблей, означавшего начало бойкой торговли, свежих новостей и появления новых лиц.

Толь-только закурился дымок над трубой пекарни. Сурового вида пекарь настраивался привычно переругиваться с мельником по поводу цены на товар и по поводу вздорной мельниковой дочки, вскружившей голову одному из его сыновей так, что от великой любви тот вознамерился бросить отцовское дело и податься в столицу за большой деньгой. И мельник, и пекарь уже давно свыклись с придурью молодежи, скапливая монетку другую на скорую свадьбу, а потому переругивались по традиции, обозначая начало нового дня.

Фонарщик неспешно обходил площадь, гася один за другим магические огни под стеклянными колпаками фонарей, тихо мурлыкая себе под нос незатейливую песенку. Будучи единственным человеком, который день не начинал, а заканчивал он готовился приступить в заслуженному отдыху. Выпить кружку эля в таверне у причалов, а затем веруться домой, чтобы провести перед сном пару часов за написанием книги, которую задумал еще его прадед.

Где-то сонно заворчала собака, тихо хлопнули ставни, впуская в чье-то жилище солнечный свет и морской ветер, приносивший на своих крыльях вкус соли и йода, легкий шелест садов и аромат яблонь.

Рыбаки привычно выбирали сети, возвращаясь с ночного лова, приветствуя тех, кто наоборот выходил на промысел, беззлобно, и с присущим суеверием, желая пустых сетей.

Город просыпался, начинался новый день. Обычный день небольшого городка, избалованного отсутствием происшествий. Городка, что проживал один день за другим, едва замечая, как сменяютсясезоны, бежит вперед время. Городка, что был не готов к переменам, ожидавшим его впереди.

Никто точно не мог сказать, когда именно это произошло, просто однажды, над старой лавкой сапожника исчез облупившийся ботинок из дерева, когда-то бывший ярко-красным, а затем грязно-коричневым и лишь потом угрюмо-серым. Башмак исчез, а взамен появился фонарь, ничем не примечательный молочно-матовый шар, увитый искусно выкованной медной лозой. Он освещал своим мягким желтым светом вход, зажигаясь сам собой с наступлением темноты и засыпая с первыми лучами солнца. Торопливо пробегая мимо, горожане бросали беглый взгляд, пожимали плечами и спешили дальше, напрочь забыв о столь незначительной перемене в их привычном укладе.

Следом изменилась входная дверь, престав пугать посетителей ржавыми петлями и заунывным скрипом. Приодевшись в нарядную зелень и блестящий лак она, словно конфета в яркой обертке, притягивала взгляды, заставляя прохожих гадать о новом назначении лавки. Теперь фонарь и дверь стали неизменной причиной для быстрых взглядов, коротких разговоров обывателей: