Книга Родные, страница 46 – Анна Камнева

Только б не вспомнил!

Руслан

Пулей вылетаю на улицу. Дыхание с хрипом вырывается из лёгких...сердце колотится, будто сейчас меня еб. т инфаркт...руки дрожат.

Хочется разнести здесь все к чёртовой матери!

На улице льет дождь. Сажусь прямо на промокшие ступеньки, сдавливая руками голову и начинаю раскачиваться взад вперед.

Ледяные капли медленно но верно остужают получше холодного душа, возвращая потекшие мозги обратно в голову я стремительно трезвею...

С губ срывается истерический смех. Вот я дебил! Конченый осел! Хотел проверить ее реакцию?! Убедился?! Радуйся теперь своей тупости!

Набросился на девчонку, словно зверь, да еще и нажрался, как свинья! Она теперь и за километр обходить меня будет.

Впору биться головой о стену, пока черепная коробка не треснет и оттуда не ветечет все дерьмо. Наверняка у нее и синяки останутся...

Как там было? Медленно и постепенно? Аккуратно приучать ее к себе? Отлично справился, нечего сказать! Чуть не изнасиловал ее... Страшно представить, что было бы если б не эта старая карга! Вот сейчас готов ей в ноги кланяться! Никакая преграда в виде хлипкой двери меня бы конечно не остановила...

Получив доказательство ее желания, сладкого и тягучего, словно мед, окончательно потерял контроль. Крышу сорвало напрочь. Только и думал о нежной коже и сладких губах, представлял, как опрокидываю ее на стол, врываясь в жаркое, уже готовое тело сразу во весь упор...вырывая из нее крики и стоны...

Острая боль снова прошила все тело насквозь. Черт!!! Надо успокоиться!

Подняв голову вверх, подставил лицо под ледяные струи дождя, уже пропитавшего всю одежду насквозь. Дышу глубоко и медленно...

Даже представить не могу, что чувствует сейчас она! Человек, которого ты почти всю свою сознательную жизнь считала братом, чуть не залез к тебе в трусы, упившись вусмерть! Знал ведь, что нужно было сначала проспаться! Но жгучая ревность подгоняла похлеще кнута. Пока сидел и ждал, накрутил себя в конец. Даже чертова музыка не отвлекла. Во всех красках предоставлял себе свою девочку в руках чужого мужика! То и дело смотря на время и прислушиваясь к шагам в коридоре. Будто хищник, притаившийся в засаде... Не знаю, что бы сделал, заметив на губах следы поцелуев... Но высшие силы видимо решили пощадить нас с ней. Обошлось...

Как вовремя все сегодня уперлись в этот долбаный кинотеатр! Не то бы точно оказался либо в ментовке, либо в психушке. От этой мысли снова смеюсь, как умалишенный.

В кармане неожиданно звонит телефон так громко, что я вздрагиваю. Мельком пробежавшись по номеру абонента глазами, собираюсь с мыслями, стараясь, чтобы голос звучал как обычно.

— Привет, Олег.

— Здорово, малец! — слышу на том конце провода бодрый голос Бурана, — Как жизнь?

— Нормально. У вас как?

— А что с голосом? — все таки чуйка у этого бойца похлеще ищейки!

— А что с ним? — пытаюсь уйти в несознанку, но не тут то было!

— Бухаешь что ли? Ты смотри там у меня! Не чуди, парень, а не то твоя мать с меня шкуру сдерет живьем.

Я улыбаюсь.

— Да. Это она может. А где она?

Мне вдруг хочется, как маленькому мальчику, услышать такой родной голос мамы... Чтобы она сказала мне, что все наладится, что я еще не все просрал и надежда на будущее остается...

— На дежурстве. У них сегодня в больнице много тяжелых. Кстати об этом! Автомат просил передать, чтобы ты не говорил ей, что он отдал тебе свой мотоцикл. Он ее боится больше чем плена у талибов. Если узнает, что ты гоняешь, зашибёт его точно!