Книга За(в)учка против Мертвого Ректора, страница 150 – Лора Импульс

Она побледнела.

— Это… неработает. Я не могу вывести его. Я сама чувствую выход, но он словно тут заперт.

Вера бессильно опустилась на пол, закрыв глаза:

— Значит… этот мир изменил нас обоих слишком сильно. И он не выпускает ни меня, ни его…

Тишина легла тяжело и удушающе. Даже домик будто задержал дыхание.

Но вдруг Галла резко поднялась, словно вспышка пронзила сознание:

— Подождите! Ритуал!

Мортен приподняла брови.

— Какой ритуал?

— Каждый раз, когда мы проводили его, время смещалось на час. И он сам, ему ведь стало хуже, чем, когда я его перенесла. Он провел его ещё раз, скакнул и, очевидно, потерял много крови… Но сейчас, мы можем использовать этот скачок во благо. Создать время!

— Галла, вы правы! — оживилась Вера.

— Нам нужно призвать… что-то простое, что не потребует сложных компонентов, — засуетилась Галла.

— Не нужно, — улыбнулась Вера, — я просто верну тепло в дом. Если Люсьен мой образ из своей головы восстановил, то уж «Сосуд» для дома я сама точно смогу спроецировать. А «Зов» дом уже воспроизводил сам, — она указала на музыкальную шкатулку на каминной полке.

— Отлично, — вторила ей Галла. — И «Свет» у нас есть! Уже связанный с домом.

Она подошла ко стене и сняла с него зеркало, что они использовали для выхода и заменила его тем, что отверг ритуал прежде.

— А мы сможем потом отсюда выбраться? — засомневалась Мортон.

— Сможем, — устало, но уверенно отозвался Эдвард, который только что аккуратно перенёс ректора на ковёр и сидел на полу рядом. — Если кто и понимает, как всё устроено в этом странном месте, то вот они. Дама Сомбре его создала, а Галла с упорством изучала. А теперь они фразы друг за друга заканчивают… Скажите лучше, как вам дальше помогать.

— Ладно, будем, надеяться, вы правы, — вздохнула она. — Продолжим тогда. Ледяные клинки уж поплавили. Думаю, эффективнее будет вам попытаться меня ускорить, чтобы я могла почти одномоментно всеми ранами заняться.

Пока Галла выстраивала круги, Талия Мортен и Эдвард готовились работать быстро. Начали они, лишь когда Вера поднялась и вошла в третий круг — «Сосуд». Её фигура дрожала, но взгляд был твёрд. Дом давно знал её, по-своему слушал её волю — и сейчас подчинился снова.

Галла прошептала формулы, вычертила линии, зажгла свечи, и воздух содрогнулся. На миг что-то стянуло стены — как если бы сам мир задержал дыхание — а потом дом мягко развернулся, расправил пространство.

Полумрак исчез. Камин вспыхнул живым огнём. Потолок поднялся чуть выше, стены разошлись, и гостиная стала просторнее, уютнее — такой, где уже можно не только отдыхатьвдвоём, но пригласить пару друзей на чай.

Ветерок с запахом трав проскользнул по комнате. Вдох — и пространство стало дышать.

Сомбре застонал, слегка дернулся. И медленно открыл глаза.

Он был всё в той же в рваной одежде, перепачканной кровью и землёй, но взгляд его был ясным. Он медленно выпрямился, приподнялся на локтях.

— Сомбре, вы как? — осторожно спросил Эдвард.

— А вы, Морроу, смотрю, уже не только мебель у меня двигаете, но и одежду таскать повадились, — усмехнулся он, — но я рад, что вы уже не зомби.

Ректор повернул голову и на долю секунды его лицо застыло. Тишина, словно ударили в сердце. Вера — живая, на расстоянии вытянутой руки, с слипшимися прядями золотисто-зелёных волос, с блестящими от слёз глазами, сидящая в круге, как наказанная богиня.