Книга Янтарная тюрьма Амити, страница 1 – Рона Аск

— Детка… — поспешила ко мне и осторожно коснулась теплой ладонью моей щеки Октавия.

Она почти не обратила внимания на блуждающий огонек, который настырно крутился над ее головой и требовательно вспыхивал — Октавия только яростно от него отмахнулась, точно от назойливой мухи, и, когда тот обиженно ринулся к профессору Джулиусу, опустившись ему на руку, вновь обратилась ко мне:

— С тобой все хорошо?

Я неуверенно кивнула и опять закусила губу, ощутив очередную волну эмоций в груди. Прикосновение Октавии, забота в ее голосе, взволнованный взгляд и тонкий аромат сушеных трав отчего-то так напомнили мне бабушку, что показалось: закрой я глаза — и окажусь в глубоком детстве, где нет ничего страшнее моих ночных кошмаров. Однако это ощущение быстро улетучилось, стоило Октавии убрать свою ладонь.

Она что-то еще мне сказала, на что я опять кивнула и сунула в руки пузырек, который я быстро осушила и ощутила, как былое напряжение чуточку отпустило. Даже мои плечи немного расслабились, однако флакон из рук я так и не выпустила, продолжая цепляться за него, точно за спасительную соломинку. Да и Октавия не стала его забирать и, сказав, еще успокаивающих слов, отправила меня к ребятам, которых не пустил ко мне профессор Джулиус, зыркнув на них строгим взглядом и оттолкнув потоком ветра — ребята чуть не попадали в снег. Профессор Яд подле него оставался все таким же меланхоличным и безучастным, точно его не волновала возможная трагедия в Академии. Но стоило мне пройти мимо, как он впервые пошевелился, окинув меня внимательным взглядом. На мгновение между его черных бровей промелькнула морщинка, которая быстро разгладилась, после чего он вновь упулился в дверь, а профессор Октавия наконец-то уделила внимание блуждающему огоньку: его с хмурым видом поднес ей профессор Джулиус и начал что-то тихо говорить.

— Лав…

— Лав! — вновь услышала я голоса ребят, как только миновала всех профессоров.

Первым рядом со мной оказался Ник. Он хотел, было, меня коснуться, но передумал, когда его взгляд пробежался по моей немного обгоревшей и порванной форме. Опустив руки, он несколько раз изменился в лице, отразив беспокойство, облегчение и на мгновение ярость.

Дамиан тоже сделал ко мне несколько шагов, но остановился и, больше не двигаясь, стиснул кулаки,когда его случайно толкнули оказавшиеся позади после порыва ветра профессора Джулиуса Хост, Лекс, Торбальт и Юджи, которые сломя голову кинулись ко мне:

— Лав ты цела? Не ранена? — быстро произнес бледный Торбальт.

— Я исцелю тебя, Лав! — почти крикнул Юджи и чуть не шлепнулся лицом в снег, когда его дернул за пиджак Лекс:

— Исцелялка еще не отросла. Подвинься!

Но всех их опередил Хост, который со слезами на глазах метеором пронесся через ребят и прохныкал: «Ты жива!» Шмыгнув носом, он кинулся мне на шею. Я даже охнула от такого поворота и выронила флакон Октавии, а еще порадовалась, что Хост был невысоким и довольно щуплым, а то бы сшиб меня с ног.

— Ла-а-ав, я так за тебя переживал! Я так… — договорить он не успел, как его за шкирку оторвал от меня злой Ник:

— Куда распускаешь руки? Ей же больно!

— Прости… Прости! — красный, точно помидор, и со слезами на глазах выдавил из себя Хост, пытаясь разжать крепкую хватку друга.

А Лекс, в чьих глазах сверкнул мягкий золотой свет, вздохнул и произнес: