Книга Одинокие сердца, страница 12 – Яна Роза

Костя взъерошил идеально уложенные волосы, расстегнул темно-синий пиджак и сбросил его на кресло. Рубашка была слегка приталенной и достаточно узкой, как будто специально давая понять, что под белоснежной тканью тренированное, поджарое тело. Костюм явно шили на заказ.

— У тебя что-то случилось?

Полина метнула взгляд с его спины на лицо. Догов явно был рад такой реакции, потому что улыбался.

— Я… хотела сказать, что…

В этот момент брякнул телефон, и Костя, метнув вверх указательный палец, сразу ответил на звонок.

— Да… что приготовишь? М… будет интересно, скоро освобожусь… Мама уже в нетерпении? Господи, как ты её уломала?.. Прости, ты мастер в этом вопросе…

Полина слушала, как Костя явно говорит с той губастой блондинкой. Видимо, они собираются поужинать чем-то деликатесным. Ираида Беркутовна это любила, но никогда не приглашала её поесть вместе или что-то сделать сообща. Нет. Свекровь её по непонятной причине люто ненавидела, хотя Полина очень старалась ей угодить. Но, очевидно, она не «мастер в этом вопросе».

Костя всё обсуждал и обсуждал предстоящую встречу, как будто забыв об её присутствии. Полина ощущала себя предметом мебели, и стало немного грустно, что ей пренебрегают. А это значит, что Костя явно предложит ей аборт, а если нет… её ребёнок будет такой же никому не нужной мебелью. И Полине безумно стало жалко этого ребёнка, который ещё не родился и представляет собой сейчас микроскопический сгусток клеток, которые ежеминутно делятся, растут и рвутся к жизни. А его горе-родители не могут даже нормально поговорить, да что там: Полина ощущала, что они словно два незнакомца.

— Извини, — Костя отключил телефон и положил его на стол, — что ты хотела сказать?

— Что? — отвлеклась Полина.

— Ты начала говорить, я слушаю.

Полине вдруг показались все её действия невероятно глупыми. Они с Костей друг другу теперь никто. Она подошла ближе, коснулась его щеки, ощутила запах парфюма, такого знакомого и, кажется, родного, но сейчас отчего-то отталкивающего.

Не хотелось, конечно, быть как те сериальные барышни. Они с Договым развелись, потому что не понимали друг друга, так что Полинавдруг перестала ощущать себя жертвой.

То, что случилось, ошибка, и она знала это тогда, когда позволила Косте поцеловать себя в последний день семейной жизни.

— Ты счастлив?

Она не знала, почему спросила именно это.

Костя слегка нахмурился, словно задумался, потом неопределенно пожал плечами. Полина вздохнула, кажется, впервые спокойно рядом с ним.

— Прощай, Костя, — она кивнула ему, а он вдруг ухватил её за руку, но не было того трепета, как раньше.

— Ты уезжаешь? — в его голосе послышалась странная нотка беспокойства, хотя, возможно, ей это показалось.

— Нет, я не думаю, что мы снова увидимся.

Он разжал пальцы, отпуская.

— Хм… — выдохнул он, — проголосуешь за меня?

Полина усмехнулась.

— Нет, за тебя я точно голосовать не буду.

— Почему-то я не удивлен, — Костя спрятал руки в карманы боюк, — твоё прощание прозвучало как проклятье.

Полина не хотела проклинать Костю, но благодарить ей тоже его было не за что.

Она ничего ему больше не сказала, улыбнулась и вышла. На пороге захотелось обернуться, но передумала.

Теперь их дороги точно разошлись, и от понимания этого «обратно никак» стало легче и решение нашлось само собой.