Книга Чудо из девятого цеха, страница 7 – Мария Карела

Алексей кивнул.

— Понял, — сказал он тихо, и это было правдой.

— Прекрасно, — Глеб хлопнул его по плечу. — Тогда начинай с корзинки. Но помни про папку. Она всегда здесь. И да пребудет с тобой чудо! — маг хитро подмигнул. — Кстати, заказ от деда Мороза ждёт уже неделю.

Алексей посмотрел на скромную плетёную корзинку, стоящую у стены. Теперь она казалась ему не ящиком для входящих, а порталом в тысячи живых, страдающих, надеющихся сердец. Он глубоко вздохнул и сделал первый шаг.

Он и правда достаточно быстро разобрался с формами и таблицами, отправил заказ деда Мороза — проверенный и сверенный! — Озере.

И вскоре Петрович нарезал с тамбура листочки размера а5, на которые далее наносился рисунок, над чем хлопотали две феечки-близняшки, появившиеся к обеду, и отличающиеся только цветом крылышек.

— На сегодня хватит, — сообщил Глеб около шестнадцати часов. — Продолжим завтра.

Феечки во главе с Озерой испарились, будто их и не было. Раиса Павловна надела красивую шубу, Петрович подхватил её под руку, что выглядело забавно — он был ниже её головы на две.

— Идём, Алексей, подвезу, — пророкотал Оглы Глыбович. — Мне мимо твоего дома проезжать.

— Я ещё хотел попросить… — замялся Алексей, ноГлеб его моментально понял и вытащил из кармана банковскую карту.

— Спасибо, что напомнил. Аванс.

— Спасибо, просто у меня…

— Я знаю, — кивнул Глеб. — Всё в порядке.

Алексей вышел из огромного автомобиля Оглы Глыбовича у магазина около дома. На карточке оказалась очень приятная сумма, и можно было позволить себе и балык, и рыбу. Совершенно счастливый, он поднялся в свою квартиру, и уже только внутри кольнуло одиночество. Было б здорово, если б Таня узнала, что у него всё наладилось… Но нет. Она выбрала Стасика. Предателей не прощают.

Неважно. Жизнь налаживается, и Таня — не единственная девушка в городе.

Дни сливались в череду форм, таблиц и планов распределения. Алексей научился отличать искренние детские просьбы от капризов, распознавал в строчках взрослых писем отголоски настоящего отчаяния. Работа обрела ритм, но временами накатывала странная усталость — не физическая, а будто от постоянного, тихого соприкосновения с чужими надеждами. Видимо, выгореть на этой работе было проще, чем на любой другой.

Именно в один из таких дней, просматривая пачку писем из небольшого городка под Вологдой, он наткнулся на аномалию. Не одно, не два, а семнадцать писем от разных детей, от первоклашек до подростков, содержали одну и ту же, сформулированную по-разному, просьбу:

«Пусть наша бабушка Агафья встанет на ноги!».

«Сделайте так, чтобы баба Агаша выздоровела».

«Дед Мороз, помогите нашей травнице, она всех лечит, а сама заболела».

Сердце Алексея ёкнуло. Массовые, согласованные просьбы обычно касались чего-то общего — чтобы не закрывали школу, чтобы не строили завод вместо парка. Но здесь — одна конкретная старушка. Он запустил магический поиск по внутренней базе «Баобаба», доставшейся в наследство от Милашки. База моргнула, выдавая скупые строки.

Агафья Никитична, восемьдесят четыре года. Местная травница, знахарка. В состоянии комы после обширного инсульта. Прогнозы врачей — неутешительные. Дальше шли пометки, не из медицинской карты: «Носитель локального фольклорно-магического эгрегора. Связь с источником „Слеза русалки“ (ослабевающая). Последний полный носитель местных традиций».