Книга Амбассадор Хаоса, страница 11 – Мария Карела

Всё же есть большая разница между перевозкой контрабанды и убийствами. И как только Вирилада добилась настолько беспрекословного подчинения? Сколько я видел, всегда подчинённые были недовольны начальством, а Шанталь так говорит, будто Вирилада – император и богиня в одном лице.

Ладно, в одном Шанталь прав – деваться мне всё равно пока некуда, имеет смысл вернуться к работе.

Я напечатал и собрал кучу деталей, понемногу приводя в порядок двигатели, заменяя старое или некомплектное на новое, в соответствии с таблицами допустимости контактов металлов и неметаллов. Работа непростая, но интересная. Двигатель космического корабля – огромная и очень сложная конструкция, каким бы он ни был. Все имперские корабли имеют условно лучшие реактивные двигатели. Суть движения в космосе – постоянно пользоваться чужой гравитацией для движения, если гравитация слишком мала или отсутствует, корабль должен с огромной скоростью выбросить невероятную массу вещества просто для того, чтобы продолжать движение. Первые межзвёздные быстрые корабли летали на фотонных двигателях, но при этом проявлялся широко известный релятивистский эффект замедления времени. Если коротко – чем быстрее ты летишь, тем медленнее идёт время. Это приводило к трагедиям, когда космонавты улетали по их меркам на несколько лет, а возвращались на планету через прошедшие там десятилетия. Позже придумали много разных вариантов, некоторые были откровенно негуманными или безумно дорогими, например, с антиматерией, которую так и не научились получать в достаточных количествах, и в итоге в настоящем времени империя использует импульсные двигатели для шаттлов, курсирующих среди близкорасположенных планет, нейтринные реактивные для грузовых и дальних рейсов, и чёрте что засекреченное для военных судов. На частных кораблях можно столкнуться с чем угодно, с любыми комбинациями и вариантами.Не все удачные, но, в зависимости от маршрута, не всегда это имеет значение. Расстояния в космосе – неимоверные значения, не зря придумали парсеки. И, конечно, при всех современных скоростях, мы бы так и не смогли достичь многих мест, если б не научились уходить в чёрные дыры и выныривать из них в других концах вселенной. Увы, чёрные дыры нестабильны, хотя эта нестабильность – не про нашу короткую жизнь, конечно, и мы так и не научились пока что создавать их вручную. К счастью, тем не менее, их достаточно много, и редкий полёт занимает недели.

Я отступил на шаг от снятой со стены панели и залюбовался полученным результатом. Проводок к проводку – идеальная система. Всё понятно, все предохранители подключены, все сигналки настроены – если что-то пойдёт не так, я незамедлительно буду информирован.

Решив, что на сегодня достаточно, я занялся уже непосредственно подсобкой. Собрал и сложил мусор, разложил детали, начал инвентаризацию. Многое предстояло докупить. Закончив, уставший, я направился снова к себе, чтоб принять душ и узнать насчёт ужина – Шанталь за мной не приходил, и никто не говорил, во сколько последний приём пищи предполагается.

Вымывшись, я переоделся и хотел уже выйти в коридор, но услышал голоса и интуитивно притормозил.

– Дура ты, Вири, – говоривший снизил голос, и я не понял, Арджи это или Шанталь.

– Нет, я уверена в своём решении.