Книга Василиска 8, страница 39 – Ольга Чумаченко

— Лиска… — выкрикнул орк, держа в руке предпоследний свёрток. Ждала, ждала, а дыхание спёрло. Белянка думала, что именно её он вызовет последней. Испуганно посмотрела она на мнущуюся Тарику с малышом. Молодая мама, увидев нерешительность девушки, подтолкнула ту к выходу.

Кроме всего прочего, Лиска завязала на голову платок,скрыв тем самым белые волосы. Теперь ничто не отличало её от местных представительниц. Кожа загоревшая, даже обгоревшая, красная. Рисунки змеиные. Так в вечерних сумерках они и не заметны были. И глаза её…

Гибкой ланью выскочила белянка с хижины, подбежала к Красному Песку, повисла у него не шее, поцеловала в горячие губы. Получила свой подарок, встала в строй. Сердце трепетало в груди, обняла она свёрток. А на глаза слёзы наворачивались. Он ей подарок сделал, значит, думал о ней. Вот! И немного надо ей для счастья.

— Тарика… — выдохнул Красный Песок. Мир, показалось, замер. Народ за спиной вождя притих. Молодая мама, переполненная чувствами, с глазами, полными слёз, вышла последней. На мгновение остановилась, набираясь духа, и шагнула к мужу.

Лиска уж думала, что она на колени упадёт. Но нет! Просто подошла и протянула голенького малыша на ладонях. А он крупный, тяжёлый. Но то, какие руки подстраховывали женщину, державшую малыша, то новорожденный смотрелся крохой. Перехватил орк сына на свои руки. Поднял его над головой.

— У меня сын! — срывающимся от напряжения голосом прокричал Красный Песок. — Нарекаю его Гором.

Тарика прижалась к мужу, пряча слезы на его груди. Переложил многодетный папаша ребёнка на изгиб локтя, и второй освободившейся рукой обнял и нежно поцеловал свою женщину.

За трогательной сценой смотрели все жители поселения и практически все гости. Некоторые гости хотели увидеть его страшную жену, о которой Курт говорил. Оценивающе посматривали на женщин, скрипя зубами, что наглый вождь бабского поселения забрал себе самые нежные «цветы», некоторые из которых были обещаны другим мужчинам, но посмевшие сбежать.

Пока прибывшие отдыхали, а женщины их кормили, Красный Песок выяснял подробности последних недель. Всё из-за слуха началось, что его, якобы, нет в живых. Плохо, когда наступает понимание, что жизнь не просто поселения, не просто семьи, но и новорожденного ребёнка зависит только от него. А ведь он много раз за эти несколько лет мог погибнуть. И нападение нечисти это было не первое.

Гости с нескрываемым любопытством осмотрели оставшиеся шрамы на телах соплеменников после нападения тёмной нечисти. И на Красном Песке. И на том крупном парне, с разорванной шеей. Зажил укус, но шрам хороший остался. Сама Лиска огорчённо вздохнула.Красивый парень, и такое…

Скотину им вернут. Песок не сомневался. Смерти у его поселения на него навешать не смогут. Небесный хранитель их покарал.

Лиска не присутствовала при отчёте его зама и других. Даже Сивира позвали. А младшего мужа она обработала. На прихваченном артефакте она показала ему те земли, где требовался хозяин. В городе Большие луга сам Красный Песок бывал и не раз. И ту самую долину смерти видел. Проходил.

Поставив повозки полукругом к стене снаружи деревни, получился загон для тягловых ящеров. Разгрузили только один воз, и накрыли на улицы стол вкруговую. Столами служили расстеленные кожи животных. Стульями — топчаны, набитые сухой травой. Посередине горели костры. Музыканты набивали ритмичные звуки, женщины пели и танцевали, мужчины показывали умелую фланкировку топорами. Долго, конечно, праздновать не собирался никто. Кормильцы с дороги. Устали. Да тут дома такое потрясение. Предательство.