Книга Василиска 8, страница 9 – Ольга Чумаченко

Девушку позже нашли, она сбежала со своего поселения с молодым парнем из другого посёлка. Но когда он привёл любимую в свой дом. Вернее, в дом родителей. Их не пустили. Кого сын привёл? Сбежавшую девушку? И без приданного? Им такая не нужна. Больше, конечно, не понравилось родителям, что девушка дочь Бешенного. И сыну сказали выбирать, или он живёт в их доме и слушает отца. Или… идёт за ворота.

И глава поселения подлил масло в огонь. Попросил девушку покинуть их посёлок. Отца он её знает. И не хочет неприятности. Парень может и хотел уйти вместе с девушкой, но отец чётким поставленным ударом послал сына в нокаут. Терять из-за какой-то девчонки сына ему не хотелось. И то, что Бешенный не оставит глупого мальчишку в живых, знал.

Впоследствии девушка пришла в поселение брошенных, успела застать мать в живых, проводить в последний путь. Долго рыдала она над останками матери, над погибшими по её вине. Вызвалась ухаживать за раненым Песком. А потом, так получилось, предложила себя ему в жёны. Сама попросила его, поставить ей клеймо принадлежности.

— Хэй… — крикнул Курт, и его громкий голос отразился от подземного каменного свода. Никого не было в укрытие. Заграждение отсутствовало. Прошёл он внутрь. Никого. Только ветер шумит.

Искать следы стада после магического урагана бесполезно.Тем более он успел понять, что если стадо угнали, то именно или во время урагана, или до него. Но скорее всего, до… Потёр орк грудь, осматривая землю. Нехорошее предчувствие душило. Но всё-таки до последнего он старался верить, что отвечающие за стадо просто успели или перегнать их, или вывести на пастбище. Быстрым шагом направился он в пещеру, что они вырыли для укрытия пастухов. Но какого же было его удивление, когда вместо углубления, он обнаружил насыпь. Завалил кто-то вход.

— А он может ещё дождь вызвать? — интересовался у голубоглазой девочки юный орк. На что облокотившаяся о свою лачугу Митари, пожала худенькими плечиками. Она не понимала, почему повторение обращений к духам у неё столько силы забирают. Ведь просто сидели они, шептали молитвы, бабушка показывала, как правильно ритуал проводить. А ноги после урока отказываются подчиняться. Да и слабость накатывала, что даже встать не могла. Соплеменники думали, что она просто больна, как и её старая бабка, часто не способная даже голову поднять со своей лежанки. И все думали, что вот-вот… а старуха живёт и живёт. И распределяющему питание приходилось вновь и вновь выделять на неё небольшую, но порцию.

Маленький белый дракон побродил по деревни. Можно сказать, недовольно поджав губы, посидел на бортике колодца, пока молодёжь таскала воду. Пожевал лямку на рюкзаке. И вернулся к хижине с заклинательницами. Понаблюдал за уроком. Свернулся калачиком, засопел.

Старик сидел на плетёном коврике у входа в хижину, наблюдал за происходящим в деревне, наблюдал за незваным гостем. Несколько раз дракон пытался приблизиться к внучке, но обеспокоенная таким вниманием бабушка зорко следила. Хоть сама не могла встать с такого же коврика, брошенного под стенкой в тени, но своей палкой грозно махала.

Жители вышли за ограждения, осматривая вокруг местность. Молодые охотники пришли радостные. Принесли они несколько тушек мелкого зверья: тушканчиков, сусликов, ёжиков, змей, ящериц и даже какого-то хищника покрупнее на пантеру похожую. Женщины собрали под стенами всякую прибившуюся мелочь, даже пауков и скорпионов. На стариков и немощную девочку, проходя, они смотрели с какой-то жалостью, но эта жалость в глазах больше была направлена на их внука, что тянул их, немощных, а мог бы обзавестись семьёй. Мог бы вообще хорошо жить и даже не здесь. Но с другой стороны, женщины поселения понимали, что Курт надёжный, если что случиться, он не бросит. Поэтому и двери для него в любую хижину, где жила свободная женщина, были открыты. А ему-то зачем жениться, когда и так все согласны? И помогал он в поселении всем. И вообще числился вторым главой после Красного Песка. А так, управление поселением осуществлялось сообща.