Книга Академия Мирготов: Путь к магии и любви, страница 76 – Екатерина Журавль

А потом, не выдержав, я просто развернулась и убежала. Я неслась по поляне, не разбирая дороги, оставляя позади недоуменные взгляды, недосказанные слова и, самое главное, Сернаха, моего истинного, с которым я только что так яростно поссорилась. Я не знала, куда бегу, просто бежала от него, от этой внезапной правды, которая обрушилась на меня и перевернула все с ног на голову.

Я бежала, не разбирая дороги, и мне казалось, что я уже от всего этого далеко. В ушах свистел ветер, смешиваясь с биением собственного сердца. Мне хотелось лишь одного — скрыться, спрятаться от этой внезапной правды, которая обрушилась на меня как лавина. Забежав в академию, я укрылась в незаметном уголке и зарыдала.

“Как так?” — шептала я сквозь рыдания, обхватив себя руками. — “Как только я попала на Миргот, у меня было одно желание: отучиться в академии и стать хорошим магом. Это все, чего я хотела! А что сейчас?” Слезы снова хлынули из глаз, обжигая кожу. “Сернах хочет отправить меня отсюда? Прямо сейчас, когда я только начинаю понимать, куда попала? И куда? К своей матушке? Я хорошо помню его слова еще там, на земле: 'Отвезу ее в наш семейный дом, а там матушка поможет мне объяснить все правила, принятые в нашем обществе. ' Правила! Он говорит о правилах, когда я только мечтаю о знаниях! Я так хорошо помню все его тиранские замашки!”

Каждая его фраза, каждая его попытка “направить” меня, теперь казалась мне удушающей. Я видела в них не заботу, а желание подчинить, контролировать. Я так хотела быть самостоятельной, доказать всем, что я чего-то стою сама по себе, а не благодаря чьей-то связи. И сейчас, когда все мои надежды на самоопределение рушились, когда мой мир, который я так стремилась построить, казался вот-вот рухнет, я чувствовала лишь отчаяние и гнев.

“Он не понимает!” — крикнула я в пустоту коридора, мой голос сорвался. — “Он не понимает, чего я хочу! Он просто видит во мне… кого? Свою собственность? Ту, которую надо обучить приличиям?”

Рыдания снова охватили меня, но на этот раз они были более яростными, более полными разочарования. Я чувствовала себя загнанной в угол, лишенной всякой возможности выбирать собственный путь. Все мои мечты об академии, о магии, о независимости казались теперь такими далекими и недостижимыми.

Порыдав еще, я поняла, что так делу не поможешь. Слезами ничего не изменишь. “Да хрен ему и шиш с маслом!” — мысленно процедила я, вытирая слезы тыльной стороной ладони. “Я закончу академию, что бы мне этого ни стоило!” Собрав остатки самообладания, я направилась к себе в комнату, решительная и озлобленная.

Но едва я сделала несколько шагов по коридору, как внезапно меня что-то остановило,будто я впечаталась в невидимый щит. Я потеряла равновесие и чуть было не упала. Не понимая, что происходит, я оглянулась по сторонам… И тут из-за угла появилась Изабелла со своими подружками. Их лица были искажены злобой и торжеством.

“Ты думала, что так просто сможешь от меня избавиться?” — прошипела Изабелла, приближаясь, ее глаза сверкали злобой, словно у загнанного зверя. Ее голос, обычно тонкий и мелодичный, теперь звучал как скрежет ржавого металла, полон яда и нескрываемой ненависти. “Мы следили за тобой. И мы видели, что произошло на поляне. Вы отобрали у меня Элроя!” В этот момент ее образ перестал быть просто неприятной знакомой — в нем проявилось нечто темное, первобытное. “Он мой! И только мой!” Слезы, обильно текшие по ее щекам, не несли в себе никакой печали, лишь отчаяние, превратившееся в жгучую, ненасытную ненависть.