Книга Вечная ночь Сары, страница 102 – Алена Тимофеева

Еще некоторое время назад Луиза бы обязательно сделала ремарку в сторону моего стиля и вкуса. Похоже, изменения на комнате не закончились.

– Спасибо.

Луиза улыбнулась и вышла из спальни, бросив напоследок.

– Отдохни. Ле Гро докучать не станет, я об этом позабочусь.

И почему-то я ей поверила.

Ночь окутала город чернильной темнотой, мрачные облака укрыли от парижан звезды. Я лежала в кровати, наслаждаясь мягкостью постели. От белья пахло лимонной свежестью, за окном завывал ветер. Высунутый из одеяла кончик носа замерз, и я закуталась поплотнее. С тоской вспоминала нежную зиму в Таррагоне, волшебное тепло, таинственным образом разливавшееся по монастырю. Даже в отчем доме мне было бы куда теплее. Но в холодных французских домах о центральном отоплении не знали. Сон не желал приходить ко мне, и я решила прямо в одеяле пройти на кухню, сделать себе чай. На удивление в квартире звенела хрустальная тишина, а тревожные тени ласкали стены в коридоре, отмечая свои владения. Сглотнув комок, я нервно оглядываясь, поскреблась в дверь спальни Луизы. Ответа по ту сторону не последовало. Набравшись смелости, я осторожно повернула ручку и открыла дверь. Зиявшая чернотой комната показалась мне пустой. Луиза не спала по ночам, подлунные часы – ее время. Покинув комнату, я направилась в кухню. В конце концов, если еще и Лорента дома нет, ночь покажется вечеринкой. Хихикнув, я включила свет, что озарил просторную кухню мягким желтоватым светом. Незашторенное окно не скрывало ночной пейзаж. Огни Эйфелевой башни, застывшие почти безлюдные улицы, и силуэты обнаженных деревьев.

Я перехотела заваривать чай. Пустая кухня навеяла тоску по дому, особенно по нашей с мамой кухне. В памяти ожил вкус какао – его мне мама готовила по выходным, я почти что чувствовала его на языке. В уголке шкафчика нашелся крафтовый пакетик с какао-порошком. Возможно, Луиза держит его для кого-то из смертных знакомых? Или для своего брата, Криса, например.

Одеяло я оставила на изящном стуле и принялась за «готовку». Закрытую бутылку молока я вытащила из холодильника, где лежали и остальные продукты, среди которых затерялась стопка пакетов с консервированной кровью. Хмыкнув, я подивилась заботе Луизы, которая явно пыталась искупить свою вину. По кухне поплыл аромат какао с корицей. Я решила добавить белого шума и включила телевизор, поскольку в пустой квартире ощущала себя не совсем комфортно. Мамина привычка, что передалась и мне. Пощелкав пультом, я выбрала приемлемый для себя канал – английский детектив в оригинале. Французский я так и не выучила: все время путалась из-за испанского.

До того, как на поверхности какао начала образовываться пенка, я выключила модную электрическую плиту, не особо прислушиваясь к тому, о чем говорили герои фильма на экране небольшого телевизора. Горячий напиток я налила в высокую белую кружку. Снова завернувшись в одеяло, я села за стол. Отпив какао, взглянула на экран, где парочка детективов в шляпах и длинных пальто нелепо перепрыгивали лужи. Невольно я увлеклась их диалогом:

– Мой дорогой друг, вы помните, что пробовали расшифровать послание убийцы, которое он оставил нам рядом с телом?

– Конечно, Хэммиш. Вот только первые буквы угадать сложно. Чернила размыло от дождя.