Книга Вечная ночь Сары, страница 3 – Алена Тимофеева

Я отставила свою розовую чашку с какао.

– От кого? – мой вопрос прозвучал настороженно.

Мама промолчала и положила передо мной белый конверт. Я взяла письмо и повертела в руках. Оно было тяжелым из-за сургучной печати, на которой остался оттиск замысловатого герба. Никаких марок на конверте. От руки чернилами выведены каллиграфическим почерком мое имя и наш с мамой адрес.

– Как странно… – пробормотала я, и мама несколько раздраженно поинтересовалась:

– Ну и от кого это? Разве имя отправителя и марки не должны быть на конверте? Почта такое не принимает.

– Не принимает… – эхом раздалось мое безучастное согласие. Кто-то положил его прямо в наш почтовый ящик. Кто-то оставил конверт специально для меня. Уверенная в том, что маму от вскрытия письма остановила лишь печать, которую после нельзя было восстановить, я поднялась с места и взяла небольшой кухонный нож. Поджав тонкие губы, мама молча наблюдала за тем, как я, борясь с нетерпением, аккуратно разрезала бумагу, не трогая печать. Мне хотелось рассмотреть герб получше, но уже после, когда останусь одна.

Пока можно было различить только морду собаки, корону и, возможно, цветы, больше смахивавшие не то на венок, не то на венец. Трясущимися руками я извлекла из конверта аккуратно сложенный лист бумаги. Закусив в предвкушении губу, развернула. Взглядом быстро пробежалась по тексту – почерк был тем же, что и на конверте. Присев обратно на стул, я не торопясь прочитала адресованное мне сообщение:

Мои брови в изумлении приподнялись. Ниже был указан адрес. Я сглотнула комок, подступивший к горлу. Профессию, освоенную мной за четыре года, никак не назовешь подходящей к должности менеджера. Вероятно, какая-то ошибка. Вряд ли им нужен драматург с практически нулевыми навыками коммуникации для работы в отеле.

– Ну что там? Реклама? – плохо скрывая нетерпение, осведомилась мать. Прижав письмо к груди, словно его кто-то мог отобрать, я отрывисто ответила:

– Приглашение. На собеседование.

Неожиданно лицо мамы просияло, а на губах заиграла улыбка.

– Наконец-то! Что предлагают?

– Работу в отеле. Встреча назначена на завтра, – мои слова не отражали того воодушевления, с которым мама задала вопрос.

– Так завтра же воскресенье! Кто проводит собеседования по воскресеньям? Нерабочий это день, – изумилась мама и неодобрительно покачала головой. – А сколько платят написали?

– По договоренности, думаю, – замявшись, резко решила для себя, что завтра в отель поеду обязательно.

– А во сколько назначили встречу? – не успокаивалась мама.

– В шесть вечера.

Тут мама ахнула и затараторила:

– Так поздно в какой-то отель, да еще в выходной. Никуда ты не пойдешь, понятно?

– Ну ма-а-ам, не начинай.

– Ты понимаешь, зачем они могут тебя туда зазывать? Вечером? – словно дурочке объясняла мама. – На конверте нет почтовых марок, толком ничего не сказано, просят приехать в неприемлемое время. Да и вроде работа у тебя есть, хоть и временная, – доводы постепенно перерастали в уговоры. Я только отрицательно помотала головой, словно отгоняя от себя все ее аргументы.