Книга В плену романа, страница 11 – Ракель Арбетета

Жду. Жду. Жду еще. Хотя девчонка передо мной все еще колеблется, в конце концов она решает, что я идиотка (а потому не представляю реальной угрозы), и снова бросается на меня.

Как раз в тот момент, когда она хватает меня за руку, вспышка света разбивает сферу перед глазами. Всего через секунду нас окутывает густой туман.

Я чувствую, как внутри меня что-то пульсирует и, подобно спящему дракону, начинает пробуждаться. Оно течет по венам вдоль конечностей, пока не поднимается и не достигает лица.

Пульсирующее ощущение концентрируется внутри моего глаза. Я начинаю чувствовать тепло, холод, покалывание и…

Боль. Непрерывную, обжигающую, сильную. Я не могу вытерпеть это без крика.

Боже, неужели вот так ощущается магия?! Как будто мне под веки вонзают тысячу иголок.

Я никогда раньше не чувствовала такого во сне (я передумала, яркие сны – отстой), и мое тело корчится от страха.

Что со мной происходит?

Я… умираю?

– Прости, дорогуша, – слышу я рядом со своим ухом знакомый бархатистый голос. – Ты хорошая лгунья, но тем не менее лгунья. Вот магия, которую ты заслужила.

Сфера с грохотом взрывается, и я…

Я просыпаюсь от неожиданности.

Не в своей кровати. Не в своей комнате. Не в своей реальности.

Я судорожно пытаюсь отдышаться, оглядывая роскошную спальню. Из зеркала в золоченой раме выходит призрак. Он смотрит на меня с высокомерной улыбкой.

– Вы наконец-то соизволили проснуться, мисс. – Он смеется. – Моя внучка ждет вас уже несколько часов.

В этот раз я не стесняюсь схватить подсвечник с прикроватной тумбочки и швырнуть его в полковника Реммингтона.

Жаль, что он пролетает насквозь и разбивает стоящее за ним зеркало. Оно было красивым.

Полковник Реммингтон смеется.

– Вот это темперамент, мисс Лавиния! Приснился дурной сон?

– Настоящий кошмар, – всхлипываю я. Моя спина такая же потная, как и несколько часов назад, когда я проснулась в этой самой кровати. – А ты отвечаешь за то, чтобы поднимать меня каждое утро, или что?

– Каждое утро? С чего бы? Вы уже неделю в Лондоне, и сегодня я впервые пожелал вам доброго утра, мисс Лабби, – смягчается призрак. – Как я уже говорил, моя внучка Китти вас ожидает. У нее неспокойно на душе, вы нужны ей, ведь сегодня состоится важное событие. Как вам прекрасно известно, не каждый день дебютантка предстает перед королевой Шарлоттой.

Что значит сегодня?..

О черт. Опять? Это что, день сурка или чья-то дурацкая шутка?

Я вздыхаю, встаю с кровати и подхожу к осколкам зеркала на ковре. На меня смотрит все то же знакомое отражение: длинные черные волосы Лавинии Лабби, ее до смешного красивое лицо (почему герои книг всегда все такие идеальные, разве в романах нет нормальных людей?) с родинкой возле правого глаза.

Подождите. Родинка? Раньше ее там не было.

Я опускаюсь на колени, беру в руки кусочек зеркала и внимательно рассматриваю себя.

Лицо и тело Лавинии такие же, что и во время моего первого пробуждения, за исключением этой новой отметины. Я дотрагиваюсь кончиком пальца до маленькой родинки, но она никуда не исчезает.

Странно.

Хотя что тут не странно? Все, что я пережила после шторма, чертовски странно. И я больше не считаю это ярким сном. Понятия не имею, что это, но явно нечто другое.