Онлайн книга «Тайна двух императоров»
|
– Нет! Это неправда! – повторяла она каждый раз, срываясь на крик. – Мы понимаем, и нам искренне жаль. Мишель был прекрасным и благородным человеком… – сказал наконец император. – Это невозможно! Дико! К чёрту этот девятнадцатый век. К чёрту всё, – она замолчала на время. Набиралась сил, чтобы обвинить императора в лицо: – Вы вынесли ему смертный приговор, отослав из Петербурга! Вы! – Клэр, не… – Франсуа удивился её дерзости, но более ничего возразить не мог. – Вы!.. – выкрикнув это, Клэр подскочила с колен и выбежала из комнаты, всё ещё прикрывая лицо руками. * * * В чувство её привёл ледяной ветер и морось с тёмного, затянутого тучами неба. Клэр оглядела всё вокруг и увидела, что стоит посередине аллеи в саду рядом с дворцом. Время, пока она бежала прочь из кабинета императора Александра, словно стёрли из её памяти. Заменили чем-то пустым и горьким. Она совершенно не понимала, как оказалась здесь, и от этого чудовищное ощущение потерянности всё больше врастало в неё своими корнями. Пар от тёплого дыхания рассеянной белой дымкой растворялся в холодном воздухе. Её плач не прекращался, а разум был подчинён лишь одному. Вине. Вине за гордость. Глупую и бессмысленную гордость… – Прости меня. Пожалуйста, прости. Я такая дура. Ведь я хотела сделать тебе больно за то, что ты не поверил мне тогда. Я хотела, чтобы ты страдал так же, как и я. Это моя вина, Мишель… Господи! Прошу! Прекрати это… верни меня обратно. Пусть это всё окажется сном! Подняв влажные глаза к чёрному небу, Клэр надеялась увидеть на нём звезду, ярко светящую и одинокую, как она, чтобы посчитать это хорошим знаком. Но навязчивый мрак не давал петербургскому небу в этот день даже капли света. Полагаясь на чудо, она продолжала безнадёжно глядеть в облачную пустоту, ловя на своём лице небесные капли. Они смешивались с её слезами и уходили в никуда ровно так же, как и возникли. – Клэр? – осторожно сказал голос позади неё. – Я глубоко сочувствую вашему горю. Терять близких нелегко. Но ваша жизнь не может зависеть от покойников. – Франсуа изо всех сил пытался подобрать более деликатные слова, от которых бы Клэр постепенно пришла в себя. Но, как бы он ни старался, от его слов становилось только больнее. – Я ценю вашу заботу, Франсуа… – соврала она. – Но сейчас я буду рада лишь одному, – всхлипывая, отвечала Клэр, не оборачиваясь к нему лицом. – Если вмиг я перестану чувствовать эту боль и вину, что грызёт мне сердце изнутри, убейте меня… – Нет, нет, нет, нет! Ну что же вы! Люди, которыми мы дорожим, рано или поздно покидают нас. Вы знаете мою историю. Я тоже потерял всех, кто был мне дорог и кого я любил. Всё, что мне остаётся, – это месть… Надобно помнить, что ничто не вечно. Тем более любовь. – Он подошёл к ней ближе. Тихо нашёл её руку: – Вы ещё так юны, у вас всё впереди. Вы ещё обретёте счастье! – Я любила его… Что мне делать? – Жить, – просто ответил Франсуа. – Жить дальше, как жили и до встречи с ним. Мы с вами тоже неизбежно умрём. К этому надо отнестись как к чему-то высшему. Это не божий промысел. Мы вправе сами решать, жить или умереть. Возможно, князь Равнин тоже сделал свой выбор, – его слова наконец стали утешать её разбитое сердце. – Но как быть с этим чувством вины? Ведь он погиб из-за меня… Из-за меня! |