Книга Тайна двух императоров, страница 125 – Ксения Холодова

– Клэр, но Мишель погиб! Ты не можешь думать о нём вечно.

– Ты не знаешь, какую боль мне приходится терпеть, Франсуа! – сказала она сквозь слёзы, вытаскивая из себя слова.

– Никто его не вернёт. Жизни свойственно идти дальше, даже если единственный способ продолжить жить – это забыться!

Он провёл ладонью по её лицу, тем временем притягивая тело к себе. Почувствовав солёные слезы, катившиеся по мягким щекам, Франсуа приник к ним губами и бережно поцеловал. Ловкими и осторожными движениями он стал снимать с неё платье. Совсем скоро шуршащая материя лежала у ног, а перед ним возникло молодое и бледное тело, покрытое мурашками – то ли от холода, то ли от страха. Клэр не сопротивлялась ни пока он целовал её губы и шею, ни когда он стал спускаться ниже, к груди.

Чувство отвращения вступило в неравную борьбу с желанием, которое Клэр никак не могла оправдать. Отказавшись от своей гордости и чувств, она дала Франсуа то, чего он так настойчиво добивался. Она не смотрела в его лицо.

Проклятое вино сделало своё дело. Быть может, лишь благодаря ему Клэр решилась на этот шаг. Пихтовый запах мужских волос слился с ней. Она попыталась поцеловать Франсуа, но вместо полагающейся нежности ощутила стыд.

Она быстро уснула после того, как всё было кончено. Франс поспешно оделся и, поцеловав её на прощанье, вышел из комнаты. Потерявшись в своей скорби, она провела с Франсуа ту первую ночь, о которой когда-то грезила с Мишелем.

* * *

Утром в комнату Клэр пришла служанка, чтобы помочь ей собраться и позавтракать. Всё было, как и раньше. Девушка встретила прислугу с улыбкой. Но, несмотря на это, сама она выглядела болезненной и разбитой, а улыбка – слегка горькой.

– Барышня, вам худо? Может, к вам медикуса пригласить, а то выглядите нездорово, – с тревогой предложила служанка, наливая в таз воду для умывания.

– Ни к чему. У меня немного болит голова, но это от вчерашнего бала, – уверила её Клэр, массируя пальцами виски.

– Поняла. Выпили лишнего? – тут же смягчилась она и, успокоившись, повела руками.

– Так и есть.

Когда Клэр поднялась с постели, служанка тут же начала заправлять её маленькими ловкими ручками. Расправляя одеяло, она обнаружила на белой простыне тёмно-красные засохшие разводы. Промолчав, она мельком обернулась на Клэр, так и не осмелившись ничего спросить. Клэр же заметила изменившееся выражение её лица и забавы ради ответила:

– Будет замечательно, если сегодня постелют чистые простыни, ибо эту ночь я провела не одна, – в ответ женщина кивнула и осуждающе отвела взгляд.

Петербург в этот день был серее и мрачнее обычного. Густой тяжёлый туман накрыл призрачным полотном весь город. Чёрные тучи затянули небо, оставив лишь редкие синие просветы. Ледяной ветер колыхал голые деревья, которые при каждом новом порыве надрывно стучали ветками по окнам дворца.

Вопреки ожиданиям Клэр, с самого утра никаких посланий от императора Александра не было. Франсуа также не заявлял о себе. Решив, что этот день принадлежит ей, Клэр отправилась на прогулку по саду.

Не изменяя себе, она надела чёрное платье, собрала наверх растрёпанные рыжие пряди и, накинув на плечи верхнюю одежду, своим видом напоминающую тулуп или дублёнку, вышла на улицу. За ней последовал молчаливый охранник.

«Интересно, как же точно он появляется в ненужное время. Зато в те минуты, когда я остаюсь наедине с Франсуа или императором, его днём с огнём не сыщешь», – размышляла Клэр, слыша каждый его шаг позади себя.