Книга Тайна двух императоров, страница 154 – Ксения Холодова

С дымно-серого неба падал снег. Клэр стояла у окна, от которого всё время тянуло холодом. С появлением мурашек на плечах она плотно завернулась в шерстяной платок. От её дыхания на стекле образовался запотевший кружок, на котором Клэр написала пальцами дату своего девятнадцатилетия: 17.12.1811.

Раздался тихий стук, и Клэр, решив, что это пришла Жюли, тут же поспешила к двери. Однако в коридоре было пусто. Оглядевшись по сторонам, она опустила глаза и увидела записку, на которой лежала белая роза. В этот момент на её лице невольно появилась улыбка. Глаза по-девичьи засияли, а руки тут же потянулись вниз. Сомкнув веки, Клэр поднесла розу к лицу и полной грудью вдохнула её лёгкий аромат.

Улыбка ещё длительное время не сходила с её лица. В прилагаемом к розе письме была всего одна фраза.

Tout se passera comme le veut le destin. Accepte ton destin ^[41].

Клэр пыталась понять, от кого была эта записка и что именно означали эти слова. Первым делом она подумала про М. Конечно, в душе ей хотелось, чтобы посланником был именно он.

Вскоре в комнату пришла Жюли. За сборами Клэр плавно выясняла ту информацию, которая была ей необходима для предстоящего вечера. Жюли немного рассказала ей о званых гостях, о платье, которое император распорядился купить для Клэр в качестве подарка, и о музыкальной программе. Из всего перечисленного Клэр больше всего волновали сведения о приглашённых. Она услышала несколько знакомых фамилий и стала обдумывать момент их встречи и свои слова.

– Во сколько, ты говоришь, начнётся приём, Жюли?

– Гости начнут съезжаться к семи часам, мадемуазель. Ваше платье доставят через час.

– Императору не следовало уделять столько внимания моему дню рождения.

– Мадемуазель, примете ли вы совет?

– Эм. Какой же? – от неожиданности Клэр подняла брови.

– Если Его Величество окажет вам знаки внимания, примите их. Он всё равно добивается того, чего хочет, и любыми способами. При дворе это известно всем. После развода с императрицей Жозефиной он чаще и уже без каких-либо стеснений принялся приглашать в свою спальню молодых женщин разных сословий. Но в основном его любви подвержены благородные дамы. Ходил слух, что однажды он пригласил в свой кабинет девушку и без прелюдий приказал ей раздеться. Бедняжка несколько минут простояла совсем нагая, после чего император приказал ей одеться и уйти.

– Зачем ты мне это рассказываешь? Его Величество знает о моей помолвке.

– Уверяю вас, что это не будет препятствием.

– Вместо того, чтобы верить грязным слухам, лучше бы занялась делом.

Жюли обиженно скривила лицо и отошла в сторону, убирая со стола шпильки для волос.

Время незаметно приближалось к семи, но за длительными сборами Клэр этого не чувствовала. За целый день никто больше не приходил в её комнату, поэтому все поздравления были оставлены на вечер. Жюли очень долго намывала ей волосы и только после полного высыхания начала накручивать их на раскалённые щипцы. За время пребывания при французском дворе Клэр отметила некоторые изменения в моде. Светские дамы крайне редко носили корсет, но это нововведение, смысл которого был в том, чтобы не сковывать тело, а позволять ему больше свободы, ещё не успело дойти до Петербурга. Женщины Парижа были легки и невесомы, словно греческие нимфы. И, так же как в Древней Греции или Риме, приветствовалась обнажённость. Муслиновые тонкие платья отныне модно было надевать без нижней сорочки. На вопрос Жюли, будет ли Клэр надевать под низ бельё, девушка с глубоким возмущением ответила утвердительно.