Книга Тайна двух императоров, страница 188 – Ксения Холодова

На этой фразе Мишель едва заметно стиснул зубы, задёргал желваками. Он уставился в точку перед собой, словно боясь принять этот факт.

– Мне было велено передать Наполеону дорогую для него вещь и заодно выведать важные для государства сведения.

– Это был обман.

В её глазах застыл вопрос. Она ждала от него объяснений, но в то же время боялась их услышать. Стоило закрыть уши и сделать вид, что он ничего не сказал.

– Весь Париж и двор Наполеона кишат самыми беспринципными и профессиональными агентами. Отправлять плохо обученную девушку в логово зверя, который держит в страхе весь мир, крайне неразумно и бессмысленно! Он хотел, чтобы ты в это верила и не сбежала, чувствуя свою значимость. Не знаю, почему это кольцо так важно для Наполеона, но я был свидетелем разговора, в котором он изъявлял ярое желание заполучить его.

– Ха-ха! – залилась она в истерике. – Это в духе Его Величества. Знаешь, меня учили врать и учили распознавать ложь. Но, кажется, в этом я совершенно не преуспела. Император желал в любом случае избавиться от меня. Неужели я так опасна?

– По мне, так ты самое нежное и беззащитное Божье создание.

– Какие красивые слова… – словно змея, с обидой прошипела Клэр. – Они учили меня жить без тебя, – вдруг с новой силой сказала она. – Учили… но я не могла! Не могла тебя забыть.

– Ты вправе не верить, но, когда я получил от императора письмо с известием, что тебя не стало, я перестал жить. В твоей смерти был повинен лишь я один. Поэтому, увидев тебя в Тюильри, в месте, где опасность будет подстерегать тебя на каждом шагу, я пришел в ярость. Я был зол на этого дурака Франсуа, который соблазнил тебя. Я был зол на императора. И я дал себе клятву, что любым способом буду рядом, чтобы в случае опасности помочь тебе.

– Как в случае с Дюроком?

– Умоляю! Не будем. От одной только мысли, что он хотел с тобой сделать, у меня холодеет кровь.

– Но ты успел. Я благодарна тебе хотя бы за это.

– Ты всё та же. – Мишель повернулся к Клэр, смягчив лицо, и взял поводья её лошади в свою руку. – Та же прелестная, наивная и отважная девушка, которую я знал прежде.

– Слишком много времени прошло с тех пор… кажется, что целая вечность, а на деле… – Клэр тяжело вздохнула, прокручивая в памяти события, которые ломали ее изнутри. – Твои усы, – резко заметила она, не сводя с него глаз. – Разве гусар может быть без усов?

– Следующим моим горем после новости о твоей гибели была необходимость сбрить их, так как под маской волосы всё время затрудняли дыхание. – Они одновременно рассмеялись, и постепенно тихое хихиканье переросло в яркий прерывистый смех.

– Ты даже представить не можешь, как я скучала по тебе, – вдруг сказала Клэр. Его взгляд остановился на её губах, а смех тут же прервался.

– Сейчас ты сделала меня ещё счастливее, чем я есть. Теперь моё существование полностью оправдано. Прежде я не ценил жизнь. Я скучал не меньше, Клэр.

Мишель виновато хмурился. Он, как и прежде, казался несломленным, статным и гордым, однако Клэр усмотрела в нём явное презрение к самому себе.

– Вопреки всему, нам снова придется расстаться?

Мишель лишь угрюмо кивнул.

– Меня будут искать. Мы проедем Гамбург, а в Любеке я посажу тебя на корабль. К вечеру следующего дня ты будешь уже в Петербурге. Убедившись в том, что ты благополучно покинула порт, я сменю лошадь и что есть мочи ринусь в Тюильри. Объясню Наполеону все как есть. Расскажу, что больше суток гнался за вами двумя, но так и не настиг.