Книга Тайна двух императоров, страница 68 – Ксения Холодова

– Оно волшебное! – восторгалась Клэр, рассматривая висящее на вешалке серебристо-белое платье. – Когда швея прикладывала ко мне ткань на примерке, я даже и представить не могла, что выйдет так красиво. Но Мари… я достаточно пользовалась твоей добротой, чтобы принимать такой дорогой подарок.

– Клэр, это от чистого сердца. У меня нет ни младшей сестры, ни кузины, ни дочери, которой я могла бы делать такие подарки. Мне доставляет радость тот факт, что теперь есть та, кто может их принять.

– И всё же я чувствую себя очень неловко при мысли о том, что мне нечего предложить взамен.

Мари по-родственному взглянула в печальные глаза своей подопечной и ласково прошептала:

– Достаточно твоих чувств, твоей доброты и искренности. И конечно же, компании, иначе кто бы ещё терпел мои партии в шахматы и чтение.

Они одновременно засмеялись, хотя у Клэр так и не исчезло то мерзкое потребительское ощущение, с которым она не расставалась с тех пор, как оказалась здесь.

Платье воистину вышло невероятным. Лёгкая и нежная белая ткань казалась невесомой и при малейшем движении изящно окутывала тело и ноги её обладательницы. Поверх этой ткани была ещё одна, напоминающая тонкую серебристую сеточку. Благодаря этой сетке создавались объём и воздушность всего наряда. Серебряные нити пышными фонариками лежали на плечах и груди, продолжаясь длинным шлейфом на спине.

К шести часам Клэр уже была без сил после долгих сборов, но волнение перед предстоящим торжеством время от времени придавало ей бодрость. Майя как раз закончила свою работу гребешком, и Клэр с пристальным вниманием принимала её, сидя у зеркала.

– Надеюсь, Мишель скоро приедет, а до тех пор сиди крайне аккуратно и старайся не делать резких движений, – наказывала ей Мари, слоняясь из угла в угол по комнате на первом этаже и временами поглядывая в окно.

Наконец в парадной оказался лакей князя. Хриплым голосом он сообщил о том, что его барин ожидает у экипажа. Клэр вскочила со стула и, потерявшись, в волнении начала теребить пальцы рук, оттягивая перчатки.

– Главное – не переживай! – успокаивала её Мари, хотя сама тряслась, как осиновый лист. – И всюду держись Мишеля, он тебя в обиду не даст.

– Я не поеду.

– Глупости не говори. Ещё как поедешь! – Княгиня приняла грозный вид.

– Что мне там делать? На балах свет клином не сошёлся, и судьба моя на них не решится. Умоляю, вели, чтоб передали князю о моей болезни, – Клэр жалобно посмотрела на свою спасительницу.

– О какой болезни? Накличешь ещё.

Клэр закрыла лицо руками и тяжело опустилась на стул. Мари стояла над ней, качала головой и нисколько не одобряла её нежелание ехать на приём. Ещё бы, будь Мари на месте своей подопечной, то стала бы готовиться к такому торжеству за месяц, и не просто готовиться, а считать минуты до его начала. Она присела рядом, тихо положила руку на шею Клэр и ещё раз уверила её в том, что ей нечего страшиться.

– Ты уже не раз показала себя храброй. Думается мне, что там не будет сбежавших крепостных, желающих причинить тебе вред. Если ты справилась с ними, то я уверена, что выдержишь пару танцев с князем.

Клэр убрала руки от лица, посмотрела в карие, добрые глаза Мари и, не сдержав чувств, обняла её в знак благодарности.

В ожидании своей спутницы Мишель Равнин стоял у дверей особняка, не предпринимая попыток зайти в дом. Думая о чём-то своём, он не сводил глаз с двери, из-за которой вот-вот должна была появиться его возлюбленная.