Книга Талисман прошлого "Тайна императоров", страница 1 – Ксения Холодова

25 июня 1807 года. От двух противоположных берегов со скрежетом отплыли лодки. На холмах, в тени леса, прятались солдаты и с любопытством всматривались вниз. На водной глади разместили плот с шатром. Наполеон Бонапарт прибыл минутами раньше и решительно подал, закалённую в сражениях, руку Александру Павловичу. Важность, поднесённых бумаг, перебили радостные возгласы и треск ружей о землю.

Плотные и светлые ткани шатра скрывали от посторонних зевак фигуры двух императоров. Никто не видел и не слышал долгий разговор великих монархов, но одно все знали точно. Сейчас на этом пароме решалась судьба всей Европы.

– В древности, в этот день, мои предки праздновали летнее солнцестояние. По обычаям в него проводили самые различные обряды, связанные с водой, травами и огнём. Вот и мы с Вами, любезный друг, скрепляем наш союз здесь, в центре водной стихии.

– Традиции Вашего народа по-прежнему продолжают удивлять мой ум. Можем ли мы по такому поводу считать наш союз священным? – с надеждой спросил император Франции.

Александр лукаво улыбнулся на левую сторону и с гордым видом положил перед ним маленькую коробку. Наполеон в приятном удивлении сморщил блестящий от пота лоб.

– Здесь то, чем Вы желали обладать долгие годы. Так пусть это обретение положит начало великой дружбе и долгому миру!

Чёрная лента в волосах. Угрюмые лица. Всюду атмосфера траура. От холодного света единственной люстры на полках поблёскивали кубки за победы по фехтованию. Клэр молчаливо сидела на мягкой кровати в своей небольшой комнате, рассматривая фотографию бабушки, которую она сделала несколько лет назад. Изредка пальцами рук Клэр смахивала слёзы утраты, сочившиеся из серо-голубых глаз.

Сквозь перемешанные мысли в голове девушки периодически звучали голоса взрослых, которые громко обсуждали покойную за стеной. Клэр открыла стоящую на тумбочке шкатулку с роскошными изогнутыми цветами и, задумавшись о чём-то мрачном, убрала в неё фотографию бабушки.

Ещё каких-то две недели назад они встретились после занятий Клэр на ипподроме и вместе отправились гулять по центральным паркам Петербурга. Они были друг другу лучшими друзьями, и в разговорах их душевные тревоги очень часто находили умиротворение. Элжира всегда понимала Клэр куда лучше, чем её родители и подруга. Порой Клэр казалось, что бабушка послана самой вселенной, потому как только с ней она чувствовала себя настоящей.

Просидев ещё какое-то время в подавленном состоянии, она, осушила последние влажные участки холодных щёк, встала с кровати и, накинув на оголённые плечи чёрную вязаную кофту, неуверенно переступила порог своей комнаты. Спускаясь по лестнице, она вспоминала последний разговор с любимой бабушкой, её глаза и нежные, изрезанные глубокими морщинами руки, которыми она обнимала единственную внучку.

Всё это было словно вчера и ей до сих пор казалось, что её дорогая бабуля всё ещё рядом. Клэр вдруг вспомнила, как они вдвоём беззаботно сидели в зелёной беседке, расположенной в саду Элжиры, и пили чай с печеньем. Бабушка шутила что-то о мужчинах и военной форме, поправляя свои серебряные от времени волосы…

За ярким воспоминанием Клэр даже не заметила, как преодолела все ступеньки и уже стояла у входной двери. Она направилась к машине отца, которая должна была везти её на последнюю встречу с покойной, нырнула в неё и облокотилась на дверцу, размазывая пальцами капли на стекле.