Онлайн книга «Год черной тыквы»
|
– Э-э, – протянула я и от замешательства ляпнула: – Ты чего вырядился, как Любим в избу Совета? Случилось что? Чен замер, бросая недобрые взгляды тёмных, как ночь, глаз то на меня, то на Лило. И тот привстал со стула: – Добрых рассветов. Ченглей, насколько я помню? – Да, это Чен. А это Лило, – представила я их. – Ты проходи, проходи, чего на пороге застыл? – Лило приглашающе взмахнул рукой, будто у себя в избе. – Скоро похлёбка подоспеет. Отобедаем вместе, в знак примирения. «Зори-и-и,– мысленно простонала я. – Ну что ты несёшь?» – А ты, я смотрю, быстро сменил норную одёжку на городскую, – отмер Чен, справившись с замешательством. – Ну а чего тянуть. В Городе-то оно лучше живётся. Лило небрежно пожал плечами, взялся за доску и скинул нашинкованную капусту в бурлящий котелок. По-хозяйски помешал варево длинной деревянной ложкой. Попробовал на вкус и бросил туда ещё две щепотки соли. А затем подошёл к Чену, щипнул от букета несколько тонких листочков и тоже закинул их в котёл. – Это что вообще? – буркнул Чен, кивая на суетящегося у печи Лило. – А это? – я ответно кивнула на букет розмарина. – Сударыне Хильди травы принёс. Для булок. Как обычно. Ничего обычного в этом не было. Чен и вправду поставлял маме пряные травы, но, как правило, или в свёртках, или в плошках с землёй. Но чтоб букетом – такое случалось крайне редко и по поводу, вроде именин. Какая причина была сегодня, я не знала, но догадывалась, что всё это как-то связано с предложением Чена. На которое я так и не дала ответа. «А теперь ещё и Лило тут хозяйничает. Нехорошо вышло… Или наоборот? Сейчас уж точно нам не придётся возвращаться к теме свадьбы». Чен сунул букет мне в руки, развернулся и вышел из кухни, оставив меня мариноваться в чувстве неловкости. Но входная дверь в избу не хлопнула. Я уловила шуршание дождевика в сенях, а потом всплеск воды в банной комнате. Через минуту Чен вновь показался на кухне, уверенным шагом направился к Лило, закатывая рукава новой рубахи. – Чен… Не надо, – промямлила я, представляя грядущую драку. Вернее, избиение. Всё же я не по слухам знала, как хорош Чен в сангонгском боевом искусстве. – Что тут у тебя? – Чен от души хлопнул Лило по спине. – Капуста, картошка… И всё? Что за суп такой? – Капустная похлёбка, – крякнул Лило. – Зажарку из лука ещё добавлю. Морковку бы ещё, но её нет. Хозяюшка не озаботилась купить. – Лило махнул в мою сторону рукой с зажатым в ней ножом. Я смутно подозревала, что держал он его не только для нарезки луковицы, но и из соображений защиты. Откуда бы Лило знать, что Чен способен на раз-два выбить у него оружие. – Но тыква-то есть. Дикая уж точно в каждом доме водится. – Чен распахнул створки подстолья и достал оттуда банку маминых заготовок. Нож он взял свой, охотничий, отобрал у Лило доску и в считаные секунды искромсал оранжевые бруски в фарш – только дробный стук в избе стоял. – Виртуозно, – присвистнул Лило. – Что будет? Пюре? – Галушки. – А, тогда муки надо. – И сыру ещё можно вмешать в массу. – Вообще шикарно выйдет… Я едва ли не с разинутым ртом стояла и смотрела, как эти двое всерьёз взялись готовить похлёбку с галушками на нашей кухне. Бывший норный и истинный горожанин. Грантландец и сангонгец. Да даже в их росте и движениях видна была непомерная разница. И тем не менее один скручивал тонкие колбаски из рыжей массы, а второй рубил их на кусочки и забрасывал в кипящий котёл. |