Книга Она любила звезды, страница 164 – Галина Погорелова

Но стоило Иссаю приблизиться и коснуться ее плеча, как Ариса сама подалась навстречу.

Вопреки всему: страху, крови на его руках, собственному бессилию что-либо изменить.

Он увлек ее за собой, обняв. Но повел не к выходу из храма, на что она надеялась, а к центральной арке, откуда к нему спешил саттхар Йамира.

Они о чем-то негромко заговорили. Их речь считывалась верно, и сам разговор откладывался в памяти, но сконцентрироваться на нем в эти секунды не вышло.

Ариса слушала вполуха, переведя внимание на темную фигуру в ногах.

Инрай лежал вполоборота к ним, потеряв сознание. Она видела его достаточно четко – до него было всего полтора метра, что позволяло оценить основные жизненные показатели. Нож вошел в область левого подреберья, чуть ниже края реберной дуги, под углом, не направленным ни к сердцу, ни к крупным сосудам брюшной полости.

Удар был точным. Милосердным. Таким, что минимизировал риск травм аорты, селезеночной артерии либо печени...

Заметив ее интерес, Иссайничего не сказал. Но, не дожидаясь конца беседы со служителем, сместился влево, отгородив собой и от толпы, и от этой сцены.

Ей осталась лишь темно-серая панорама, где на первом плане мелькало бледное лицо саттхара. Анализ сам зацепился за его слова.

Верховный саттхар Йамира пытался взять себя в руки, подавить страх.

— В этом нет моей вины. Делами гильдии управляли Банахары… – начал оправдываться он, получив ожидаемый выпад.

— Молчи.

— Ваше Высочество… я же…

— Думаешь, раз ты помог мне сегодня, корона помилует и тебя? – поддел его Иссай.

Анализ отметил всплеск гнева в мимике оппонента.

Старик сдерживался из последних сил: не привыкший к подобному обращению, цеплялся за остатки достоинства. В нем все еще преобладали фанатизм и гордыня, вера в свою уникальность, избранность. Но и привычка управлять, стоять выше остальных, рвалась наружу.

Терять власть он не хотел. Тем более уступать ее чужаку: втрое моложе, уязвимому сейчас, но опасному в перспективе. Этот внутренний торг отражался в карих глазах, в том, как саттхар нервно поджимал губы, откашливался, избегая ответа.

Подчиниться или поднять бунт?

В первом случае он терял все, кроме жизни и репутации.

Во втором – еще имел шанс обратить толпу против наместника и уничтожить его руками верующих. А потом попытаться переиграть ситуацию и списать случившееся на Инрая либо на странствующего фанатика, которых, при таком раскладе, обязательно добьют.

Но это же решение гарантировало визит Империи к его порогу. А вот жизнь ему – уже нет.

Саттхару потребовалось около сорока секунд, чтобы несколько раз прокрутить в голове оба варианта и все же подчиниться.

— Чего вы от меня ждете? – сухо поинтересовался он, на ходу меняя тон. – Я окажу любое содействие, Ваше Высочество.

— Подготовь для нас экипаж.

Обернувшись к монахам, саттхар быстро отдал распоряжение.

— Что-то еще, Ваше Высочество?

— Корона закроет глаза на твою причастность: на то, что случилось сегодня, и на твои общие дела с Банахарами.

— Благодарю вас…

— Но рабы, которых удерживают здесь, в подвалах твоего храма, должны быть освобождены.

— Я ничего не… – попытался обелить себя старик, но его сразу поставили на место.

— Молчи и запоминай,– Иссай понизил голос до шепота, отмеряя угрозу порциями. – Никто из них не умрет! Ты возьмешь на себя расходы по их обеспечению, выплатам компенсаций, отправке обратно домой. Всех без исключения. Их здесь сто сорок человек.