Книга Хозяйка таверны на краю галактики [= Попаданка или развод с императором], страница 68 – Дия Семина

Труп похитителя в летательном дроне. Малыша нигде нет, свет включили по периметру. Запись дрона охранника повреждена, кто-то умело выстрелил в него перед покушением, а ещё оказалось, что у меня в плече малюсенький дротик со снотворным его под волосами никто и не заметил, пока не начала чесать место укола.

Делогис как опытный следователь восстановил картину преступления и сейчас описывает всё под запись для протокола:

— Их двое. Проникли через забор, обнаружены следы сломанных веток над крышей, не особо они прятались. Дрон соседней усадьбы смог записать людей в чёрном, они вдвоём проникли, а уходил один.

— А зачем они меня усыпили и потом это нападение?

— Это кратковременное воздействие, из вашей памяти выпало несколько минут, вы отключились, но оказались сильнее, чем рассчитывал убийца, он хотел осторожно придавить вас лицом в подушку, и не оставлять следов. Так тут многие погибают, лежать на животе опасно, потеря сознания и человек задохнулся, старая беда жителей Ромуса.

— Боже, но где же мой сын?

— Его уже ищут, я предал сигнал опасности и городским стражам, и в дом Улиссов, и в канцелярию императора. Сожалею, нам пришлось, пропажа ребёнка — страшное преступление.

— ОЙ, а императору-то зачем? — мне кажется, что это ужасная глупость. Враг именно он.

Но не успеваю продолжить ворчание, переходящее в дикое рычание злой кошки.

Как в наш дом громко постучали.

— Это император, — прошептала Селия.

Меня начинает колотить нервная дрожь, очень плохо себя чувствую, этот яд всё ещё во мне и тормозит реакцию организма, кажется, что я в каком-то киселе. Пока сопротивлялась и боролась, потратила все силы. Теперь беззвучно реву, даже промелькнула мысль, что лучше бы сына украл император, но если он сам прибежал, то это уже пугает до паники. Моё сердце начинает долбить в груди, мне нужно что-то делать, срочно. Иначе сойду сума и ещё кого-то убью сейчас.

— Где мой сын! — крикнул Гай с порога, смотрите какой король-лев примчался

— Это ты мне скажи, и не твой, а мой! Тони только мой мальчик. Я его родила и спасала, стоило прилететь на родину и его воруют твои люди! — я тоже рычать умею, плевать, что он император.

— Такого приказа нет! — голос Гая сделался тише. Его, как холодной водой окатили. Делогис молча проводилк дрону, открыл дверь и откинул край покрывала с лица убитого Иезекииля. Надо было видеть физиономию Гая.

Но мы не отступаем, наоборот:

— Этот человек ваш личный доверенный, известен, как Иезекииль, это дипломатический скандал. Госпожа подопечная посла Ринора. Мы вынуждены объявить вам ноту протеста, накануне совета Альянса, сами понимаете.

— Вы себе слишком многое позволяете, орать на императора? Сбавь обороты! Это не мой приказ, сына кто-то похитил, но этого, кто убил?

Я вдруг почувствовала, за долю секунды, что сейчас Алэй возьмёт вину на себя, и не даю никому опомниться, признаюсь в содеянном:

— Это я во время самообороны. Убийца меня обездвижил, а потом хотел осторожно придушить. А я его ножом.

Надо было видеть лицо императора, он теперь смотрит на меня иначе, нашёл время слюни пускать, сына украли, а он тут, фу.

— Труп заберут, ребёнка ищут. Ты едешь в мой дворец! — его голос раскатом грома растекается по внутреннему дворику. Тон такой, словно всё решено, и я не смею даже рта открыть, но он плохо меня знает.