Книга Королевские каникулы в Академии Магии, страница 17 – Юлия Кажанова

Знаете, всю жизнь мне говорили, что делать, где учиться, что носить, за кого выйти замуж. Думаю, для вас не секрет, что наш брак был по договорённости. Но ваш отец окружил меня заботой, и мы полюбили друг друга. Знайте,каждый из вас появился по любви, а не из-за какого-то там чувства долга! Я и сейчас люблю каждого из вас и верю, что ваши жизни сложатся удачно.

Яромир, я отдала долг стране, семье, тебе и прошу отпустить меня. Хочу прожить оставшиеся года счастливо! Узнать, что значит смеяться в кругу друзей, что значит учиться в академии. Да и вообще, я много чего хочу попробовать! Потому в благодарность за всё, что было между нами, дай мне свободу. Знаю, что при желании ты можешь найти меня, но не делай этого. Скажи придворным, что я умерла. Придумайте болезнь и устройте похороны с закрытым гробом. Сделай мне подарок, первый подарок за последние несколько лет! Ведь говорят, ты щедр. Вот и проверим!

Прощайте, мои дорогие, и будьте счастливы!

Запись закончилось, и шар медленно померк и упал на пол в оглушительной тишине. Шок и горечь на лицах мужчин были подлинными.

– Мне кажется или это мы виноваты? – спросил самый младший принц, смотря на собравшихся, во взглядах которых читалось согласие.

Яромир

Почему мы понимаем, как ценили кого-то, только после потери? Прогуливаясь по шумному дверцу, я чувствовал себя как никогда одиноким. Да, за мной следовали охрана и придворные, но теперь они больше тяготили меня. Кажется, я начал понимать Силин.

Как я не углядел, не понял? Как допустил, чтобы моя жена так мучилась?

– Мой король, чем вы так опечалены? – раздался певчий голос, и передо мной появилось улыбающееся юное создание в розовом платье. Риса, моя новая юная любовница. Аж самому стало противно, когда осознал, сколько их было. А она знала и молчала.

А я ведь и правда уже не помню, когда спал с женой. Нет, я делал это не специально. Просто… я забывал о ней. После шумных балов я оставлял супругу одну, думая, что она устала. А во мне бурлила кровь, и я хотел продолжения. И оно было, с одной или с двумя. Юные прелестницы соглашались на всё, чтобы услужить своему королю.

В поездки Силин я тоже не брал, она в последнее время стала часто болеть, и я не мог подвергать её здоровье риску. Так что вне замка меня тоже развлекали молодые красавицы.

Потом я заметил, что Силин начала отдаляться. Ей словно стало больно от моих прикосновений, и она часто просила её оставить. И я уходил, ведь у меня было очень много дел. Почему я не оставался? Мы ведь могли не спать, а просто посидеть, поговорить. Как в былые времена, когда дети ещё были маленькие. Помню, как жена любила фантазировать и рассказывать, какими сильными и целеустремлёнными они будут. Как я, их кумир! А я ни разу не сказал ей, что хотел бы, чтобы они были как она. Такими же верными и непоколебимыми. Дети ведь должны идти не только в отца, но и в мать! Но им никто этого не говорил.

Вспоминаю и наши недолгие совместные ужины. Как мальчики рассказывали о своих достижениях и говорили, что будут хорошими правителями и защитниками. Как я, а не как она. Силин молчала и грустно улыбалась, ведь о ней мы начали забывать ещё тогда.

Та, кто была нашей опорой, та, кто всегда поддерживала и помогла идти вперёд, а порой и утешала, пала, а мы даже не заметили этого. Мы не сделали ничего, чтобы она устояла, а лишь сами рубили её.