Книга Отвергнутая истинная чёрного дракона, страница 40 – Светлана Ворон

Даже вкусный запах поджаривающейся крольчатины и урчание в животе не заставят меня сдвинуться с места.

С ужасом понимаю, что придётся надеть мокрое платье, как бы ни было холодно и противно.

Но пока я решаюсь с духом и вся дрожу от озноба, от ночи отделяется тень…

Отступаю к воде, зябко обхватывая себя руками. Собираюсь закричать, позвать Хитэма на помощь.

Но тут свет луны падает на лицо, и это оказывается сам король.

Он решительно приближается ко мне, несёт в руках плед.

Хлопаю глазами, в шоке от его неожиданной чуткости. Это он подумал, получается, о том, что я замёрзну? Догадался, что платье будет мокрым?

Я не думала даже, что он на такое способен. Заботиться о чужом комфорте.

Я настолько парализована этими мыслями, что позволяю ему не только меня укутать, но и подхватить на руки.

— Эй! — моё возмущение тонет в тёплой волне благодарности.

Борюсь с собой, чтобы не положить голову Хитэму на плечо. Такой он сейчас милый и родной, так хочется, чтобы проявлял хорошие качества почаще.

Он усаживает меня на плоский валун перед огнём и суёт в руки ветку с нанизанными на неё жареными мясными кусочками. Запах просто божественный! Вкус — тоже.

Осозна ювдруг, что уже второй день сама не готовлю. Меня кормит мужчина.

Мы нечасто едим мясо после того как муж хозяйки почил. Так что я набрасываюсь на него, дико голодная.

Поражённо смотрю, как бывший вновь удаляется в ночь, а затем возвращается с моим мокрым платьем. Вешает его на растяжку из веток рядом с костром, чтобы оно к утру высохло.

Он умеет заботиться! Только с чего это он вдруг ко мне такой добрый?

— Ты дрожишь, — присаживается рядом и обнимает за плечо.

И подозрения тонут в восхитительном аромате его близости.

Он по пояс обнажён. Мускулы перекатываются под лоснящейся кожей, кубики пресса красиво вырисовываются. Мужской запах обволакивает защитным жаром. Всё это не способствует ясности моих мыслей.

— Вода ужасно холодная, — а сама жую, с пальчиков жир облизываю и чувствую жгучую, горькую тоску по тому, что могло между нами быть.

Если бы мой истинный не был таким избалованным мерзавцем, мы бы уже давно сыграли свадьбу, которой завидовали бы все девушки королевства! Я любила бы его, а он меня. Наши дети родились бы сильными драконами, продолжили бы королевский род. Я могла быть счастливой!

Вместо этого я краду его внимание обманом, за который меня ждёт страшное наказание, когда — или если — король всё узнает.

— Иди сюда, — бормочет он, как только я последний кусочек доедаю и вытираютряпицей пальцы.

— Что ты?.. — ахаю, потому что он пересаживает меня к себе на колени, распахивает плед и прижимает к своей обжигающей груди.

Нельзя так. Я же в одном тонком исподнем!

Брыкаюсь, но как-то вяло, потому что Хитэм ничего больше не делает, лишь удерживает. Сползает на землю, прислоняется спиной к валуну, а меня укладывает себе на живот и укрывает сверху пледом.

В его объятиях нереально тепло и удивительно хорошо. Он горячий, как печка! Пахнет умопомрачительно, терпко — кипарисом и летом.

Я дурею от этого запаха, втягиваю его украдкой, согреваясь и млея. Прижимаюсь покрепче и осторожно кладу ладошку на вздымающуюся грудь, чувствуя громкие, мощные удары драконьего сердца.

Он в ответ прикасается губами к макушке, потом ко лбу. Ведёт учащающимся дыханием по виску.