Книга Рыцарь проклятых карт, страница 103 – Алим Тыналин

— Я не буду брать возьму остальных. Это не мое копать, строить, таскать. Я предпочитаю трахаться и отрывать головы.

Я пожал плечами:

— Как хочешь. Лиза прекраснопоработает с ними. Начинаем через десять минут. Боевые классы на обучение. Поддержка за мной. Времени мало.

Сто тридцать человек начали делиться на группы. Шумно, хаотично, медленно. Над каждым светился класс, легко понять кто куда должен идти.

Я посмотрел на Джеральда. Он все еще стоял в дверях замка. Глядел на нас.

— Последний шанс, Джеральд, — сказал я. — Выходи. Помогай. Твой класс Банкир. Не боевой. Но ты можешь распределять ресурсы, считать припасы, помогать все организовывать. Можешь выжить.

Джеральд покачал головой:

— Я не буду участвовать в этом безумии. Ты ведешь их на смерть.

— Возможно, — согласился я. — Но они хотя бы попробуют. А ты просто сдохнешь забившись в нору.

Джеральд ничего не ответил. Развернулся. Зашел обратно в замок.

Дверь закрылась. Лязгнул засов.

Резак усмехнулся:

— Жаль что не увижу его лицо когда орк найдет его под кроватью.

Рэйвен затушила сигарету об стену:

— Ладно, ребята. Хватит философствовать. У нас сто тридцать человек которых надо научить не сдохнуть в первую минуту.

— Десять минут, — поправил Резак. — Я оптимист.

Я посмотрел на сто тридцать добровольцев. Они уже разделились на группы. Стояли испуганные, дрожащие, слабые.

Но они преодолели себя и вышли. Может этого будет достаточно чтобы выжить. Может нет.

Узнаем через десять часов.

— Ладно, к черту, начинаем, — сказал я.

Я шел к импровизированной кузне через четыре часа после окончания третьей волны.

Ополчение уже усердно работало на всей территории. Сто тридцать человек копали ямы, точили колья, строили баррикады. Шум, крики, стук инструментов. Организованный хаос.

Но меня интересовала кузница.

Она располагалась у восточной стены замка. Открытое пространство под навесом. Раньше здесь стояла сувенирная лавка, тут продавали дешевые мечи из олова, пластиковые щиты, плюшевых дракончиков размером с кошку.

Теперь все это выкинули. Весь этот хлам валялся грудой у стены. Никому не нужный хлам.

Вместо лавки стояла настоящая кузница.

Наковальня в центре. Чугунная, массивная, двести фунтов весом. Поверхность исцарапана, помята от тысяч ударов. Мы нашли ее на складе, кто-то использовал для декораций рыцарских турниров. Железо настоящее. Прочное.

Костер горел ярко в трех футах от наковальни. Дрова, уголь, что-то еще горючее. Пламя поднималось высотой на четыре фута. Жар стоял невыносимый, на расстоянии десяти футов кожа чуть не обугливалась, пот выступал мгновенно.

Над огнем висела решетка из металлических прутьев. Самодельная, сваренная из кусков арматуры. Грубая работа, но прочная. На решетке лежали последние части доспеха Вождя. Раскаленные. Светились оранжевым как маленькие солнца.

Томми стоял у наковальни. Весь в поту. Рубашка насквозь мокрая, прилипла к спине. Лицо красное от жара. Шрамы от когтей гоблина через лицо, три глубоких пореза от лба до подбородка, блестели от пота.

Молот в правой руке. Двенадцать фунтов стали на деревянной рукояти. Рукоять потертая, темная от использования. Клещи в левой руке, он держал ими последний кусок металла на наковальне.

Над его головой светился класс:

[ТОММИ ДРЕЙК]

Класс: Кузнец Жестокости