Книга Мираж над пустыней, страница 72 – Сергей Журавлев

– Так, по мелочи. У Саида Низрами отец при французской администрации привлекался за взятки, но после объявления независимости его отпустили, и теперь он уважаемый гражданин. Но мы работаем с архивом, может, что французы упустили.

– Слабовато для компромата. Но вы продолжайте искать.

– Ты говорил про два варианта, – напомнил Разумков.

– Второй довольно наглый и сложный. Но если у нас нет своего пилота из местных, логично использовать чужого.

– Подменить летчика? – воодушевился легальный разведчик.

– Техническое описание «миража» у наших есть. Опытный пилот должен оперативно разобраться в системе управления и приборах. Уверен, принципы что у наших самолетов, что у французских во многом схожие. Наша задача будет организовать подмену. Так что сообщи в Москву, пусть готовят пилота. Нельзя отказываться ни от каких вариантов.

– Сегодня же дадим шифровку. Вариант интересный.

– Хасан, мерзавец, такую операцию нам завалил, – невольно вырвалось у Ивона. – Загрузил нас проблемами. Кстати, что с ним?

– Спрятался, гад, затаился. Но мы его отследили. Он сначала залег в доме, который арендовал на чужое имя, а сейчас перебрался в дом знакомой вдовы.

– Помню. В отношении его Центр давал какие-нибудь указания?

– Надо бы его наказать, но поступила команда ждать и не высовываться.

– Я, как руководитель операции с особыми полномочиями, приказываю наблюдения со Скользкого не снимать.

– Это правильно, – согласился коллега.

Амин Рахбани, заместитель командира 10-й эскадрильи, искренне обрадовался возвращению специалиста по маскировке Ивона Дюваля. Они успели сдружиться во время прошлого визита. Француз привез небольшие сувениры для детей капитана. Для младшей девочки – раскраску с набором карандашей, а старшему сыну, подростку, книжку Жюля Верна. Советский лозунг «Книга – лучший подарок» крепко сидел в подсознании. Амину было приятно внимание со стороны иностранного гостя. В этот момент к ним подошел поздороваться Теодор Шатриан. Он с удовольствием пожал Ивону руку. Французский инструктор был всегда скуп на слова, но этот жест показал явное расположение к соотечественнику.

– Жаль, я не знаю возраст твоего сына, – с улыбкой обратился к нему Дюваль. – Иначе бы тоже что-нибудь ему захватил. Он у тебя уже читает книжки или только раскрасками увлекается?..

Рахбани незаметно сзади сильно схватил приятеля за локоть, и Дюваль невольно осекся. Шатриан ничего не ответил, только улыбка исчезла с его лица, а во взгляде появилась такая глубокая тоска и злость, что у Икара похолодела спина. Теодор развернулся и молча ушел. Разведчику показалось даже, что он немного сгорбился, как под тяжестью невидимого груза.

– У него сын слепой, – сообщил Амин.

– В доме повешенного не говорят о веревке, – с досадой сказал Ивон. – Но я же не знал.

– Об этом мало кто знает. Шатриан замкнутый человек. Они с женой потратили кучу денег на лечение и врачей, но все бесполезно. Не дай бог такое горе отцу.

– Понятно. – В голове у разведчика мелькнуло, как разящая молния, неожиданное предположение. – А ведь он классный летчик.

– Конечно. Все наши пилоты его уважают и постоянно советуются. Мираж-3Е машина мощная, верткая, но и капризная, – согласился ливанец.

– Слушай, Амин, что у вас тут творится? – переключил разговор на другое Дюваль. – Меня несколько раз проверили, прежде чем пустить на базу. Раньше такого не было. Меня в чем-то подозревают?