Книга Мираж над пустыней, страница 8 – Сергей Журавлев

«Вот невезуха. Что сегодня за день», – только и подумал Икар, отъезжая в сторону. Сменщик сержанта уже открыл дверь, и через мгновение тяжелая металлическая створка за ним закрылась. Все. Больше ничем Джонсону разведчик помочь не мог. Рассветало, надо было уезжать, но Дюваль решил дождаться завершения смены агента. Минут через двадцать Роберт вышел из бункера и отправился к «Ситроену». Не сразу, но машина все-таки завелась и покатилась прочь от американского бункера. Ивон пристроился сзади на безопасном расстоянии. Стала нарастать тревога, но он никак не мог понять почему. Наблюдения за агентом разведчик не зафиксировал. Так они и выкатились на главную дорогу Орли – Париж.

«Медведь! Игрушки нет на заднем стекле. Это знак опасности или случайность?» – как яркая вспышка, озарила догадка. Игрушка служила сигналом. Если медвежонок сидит за задним стеклом, значит, все в порядке, если его нет, значит, агент в опасности.

Двигатель «Ситроена» работал как ни в чем не бывало, хотя выхлоп стал явно гуще. Сержант, не торопясь, ехал домой. Он мельком глянул на себя в зеркало заднего вида, и ему показалось, что у него прибавилось морщин. «Это наверняка от недосыпа», – подумалось ему, но руки пока еще предательски дрожали.

Лазарев еще не отошел от прочитанного, как в комнату ворвался Иванов, вернувшийся после встречи с Джонсоном. По его виду – грязный, испачканный костюм, галстук съехал набок, волосы всклокочены – Анатолий Иванович понял, что не все прошло гладко. Он никогда не видел столичного пижона в таком растрепанном виде.

– Докладывай четко, по существу. Только факты, без эмоций, – жестко приказал полковник, и это привело молодого оперативника в чувства. Он взял себя в руки и кратко доложил о ситуации.

– То есть автомобиль агента завелся, и он поехал в бункер своим ходом. Так? – уточнил резидент.

– Так точно.

– Сколько времени у него оставалось до прибытия смены?

– Почти час, – замявшись, ответил Феликс. Ему тогда в голову не пришло зафиксировать время, настолько он был возбужден.

– Больше часа или меньше? – повысил голос хозяин кабинета.

– Меньше, – опустив глаза, был вынужден признать оперативник. – Я не стал ждать. Как положено по инструкции, сразу уехал.

– Значит, ситуацию контролирует Икар. Это радует, но не успокаивает, – стал размышлять Лазарев. Он не мог после случившегося отправить телеграмму в Москву о том, что операция прошла успешно. Теперь требуется подтверждение. А в Центре очень ждут этого сообщения и тоже сильно нервничают.

– Отправляйся к дому Джонсона и проверь сигнал опасности, – распорядился полковник.

– Так это должен сделать Икар, – робко возразил Феликс.

– При таких обстоятельствах я хочу получить информацию немедленно. Это приказ. – В голосе начальника звенел металл.

После такой нервной встряски спать Джонсону расхотелось абсолютно. Зато проснулся аппетит, есть хотелось зверски. Жена еще спала, и он отправился на поиски еды на их маленькую кухоньку. Его худшие опасения сбылись, жевать было нечего. Ядвига была не только отвратительной хозяйкой, но и ленивой женой. Накануне вечером она сама плотно поужинала. Мало того что наутро мужу ничего не досталось, так еще и грязная посуда так и осталась не прибранная. Раньше Роберт пытался бороться с такими ее привычками, но вскоре понял тщетность попыток вразумить психически больную женщину. Сержант оделся и отправился в соседнюю буланжери за свежим багетом, благо там можно было заодно позавтракать бутербродами с ветчиной и сыром, выпить большую чашку кофе с молоком. Он мог себе это позволить, поскольку рассчитывал получить премию от русских за только что проведенную операцию.