Книга Позывной «Зенит», страница 58 – Сергей Журавлев

— Легко.

— Стоп, — внезапно остановилась Хелена. — Так вот же выход, Максимилиан. Организуй студенческий театр.

— Как это? — опешил собеседник.

— Обсуди эту идею с Малером. Думаю, его это заинтересует. Он включит свои организаторские способности, и ты станешь одной из самых популярных личностей в университете. Девчонки будут виснуть на тебе гроздьями, только чтобы ты взял их в актрисы.

— Да не нужен мне никто, кроме тебя, — тут же возмутился Макс и осекся.

Они, как по уговору, старались избегать разговоров о вспыхнувших между ними чувствах. Молодые люди понимали, что их профессия нелегальных разведчиков не даст им возможности быть вместе. Для них стали реальностью слова из популярной комсомольской песни времен Гражданской войны:

— Я даже название придумала, — заулыбалась Хелена. — Только ты не смейся.

— Ну и какое? — заинтригованно спросил Зенит.

— «Берлинский Балаган».

Все получилось, как в немецкой поговорке «Der Ball sieht den guten Spieler» («Мяч видит хорошего игрока»). Именно этот вариант пришел в голову Максимилиану, а не русский аналог — «На ловца и зверь бежит».

Это его настолько удивило, что он едва не забыл, почему так подумалось. А всплыла эта идиома из-за того, что навстречу ему как раз попался Хуберт Малер, собственной персоной.

— Макс, как удачно я тебя встретил! Я тебя как раз ищу, — по-деловому заявил правозащитник.

«Это большой вопрос, кто кого искал и встретил», — подумал Фокс, но вслух спросил:

— О чем речь?

Хуберт быстро оглянулся по сторонам и, понизив голос, произнес:

— Сегодня вечером собираемся нашей группой. — Потом еще тише: — Тупамарос Западного Берлина.

Они уже собирались пару раз. Кроме Зенита, там были трое совсем молодых ребят. Все студенты начальных курсов. Они отчаянно ругали власти, неофашистов, а особенно — американцев. Уже тогда в голову Макса закралась мысль, что, может быть, именно по этому признаку их и привлек Малер.

Как и в прошлый раз, адвокат принес с собой пиво и немного выпечки. Схватив по бутылке, молодежь стала изображать из себя взрослых мужиков. Хуберт рассчитал все правильно.

— Ну что, товарищи городские партизаны, пора нам заявить о себе. «Группа Красной армии» готовит серьезную акцию против властей, думаю, и нам надо что-то предпринять против американцев. Как думаете?

Молодежь одобрительно зашумела:

— Давно пора.

— Наконец-то.

— Какие американские объекты здесь, в Западном Берлине, мы можем атаковать?

— Говорят, что у них здесь есть какой-то важный штаб, — заявил парень, которого вроде бы звали Ганс. Но сразу поправился: — Я, правда, не знаю, где он находится.

— Штаб — слишком охраняемый объект, чтобы с него начинать, — отверг предложение Хуберт.

— Военный госпиталь, — солидно сказал сильно курчавый парень с едва пробивающейся бородкой. — К нам на лекцию приглашали американского майора, он специалист по военной хирургии. Читал материал по первой помощи при огнестрельных ранах в полевых условиях.

— Мартин у нас учится на медицинском факультете, — пояснил толстяк. — Кого они у нас лечат?

— Здесь лежат с торокальными травмами после Вьетнама, — пояснил Мартин.