Книга Чужое лицо, страница 19 – Сергей Журавлев

У девушки даже дух захватило от восторга. Она взяла спутника под руку:

– Куда пойдем, мой герой?

– Ты же сказала, что надо укреплять легенду, значит, пойдем делать первую памятную фотографию.

– Я не так празднично одета, как ты, – тут же всполошилась она.

– Оставь это для свадебного фото, – небрежно бросил Ивон. Это был безотказный прием, от которого любая девушка замолкала от восторга.

– Дай посмотреть, что это за медали у тебя, – взяло верх женское любопытство.

– Мы же на людях, веди себя прилично! – Икару было приятно восхищение спутницы, но положение обязывало его быть строгим.

– Ну, хоть расскажи, за что получил, – не унималась Аннет.

– Тот, который на красно-белой ленточке с бронзовой звездочкой, это крест «За воинскую доблесть» – дали за спасение жизни командира. Нас с лейтенантом вместе ранили.

– Ты прикрыл его от пуль врагов своим телом! – восторженно воскликнула девушка.

Икар смущенно заулыбался:

– Что-то вроде этого. А вторая на красно-бело-голубой ленточке – это памятная медаль за операции по обеспечению безопасности и правопорядка в Северной Африке. Видишь, на ней золотистая планка «Алжир».

– За оборону или за взятие? – съязвила Аннет. У ее отца были медали «За оборону Москвы» и «За взятие Вены».

– За участие.

Они зашли в открытое фотоателье и сделали фото на память. Потом до самого вечера гуляли по городу, весело болтали, перекусили в кафе и, довольные, расстались у ворот госпиталя.

На следующий день Аннет вернулась к работе, а Икару предстояло долечиваться. Неловкость первой встречи прошла без следа. Молодые люди теперь с нетерпением ждали следующую встречу…

Лейтенант тоже постепенно шел на поправку. Ивон иногда навещал его. Они были одного возраста, и оказалось, что у них нашлись общие интересы. Офицер был удивлен начитанностью и широким кругозором легионера.

Палаты для офицеров отличались повышенной комфортностью. В них размещали по одному, редко по два пациента. В один из дней дверь распахнулась, на пороге появились двое. Женщина сразу бросилась к раненому, и Ивон догадался, что это его родители. Он вскочил со стула и вытянулся по стойке смирно: перед ним стоял полковник французской армии.

– Отец, – подал голос лейтенант, – это мой солдат Ивон Дюваль, он спас мне жизнь.

– Это его воинский долг, – спокойно ответил полковник.

– Разрешите идти, господин полковник? – Икар почувствовал себя лишним и поспешил оставить родителей наедине с сыном.

– Идите, – кивнул офицер.

Ивон вышел в сад и расположился на лавочке. Скоро предстояла выписка – и опять в часть, надо успеть насладиться отдыхом. В Алжире не расслабишься, в любой момент может прилететь пуля или граната – партизаны регулярно совершали дерзкие вылазки.

Через полчаса посетители покинули госпиталь. Полковник заметил Ивона, что-то сказал жене и направился в его сторону. Как и положено, легионер встал по стойке смирно при приближении старшего офицера.

– Дюваль, я сам воевал и знаю, что такое война. Как отец хочу поблагодарить вас за сына. – Он протянул руку и добавил: – Думаю, вряд ли, но если вам понадобится моя помощь, можете обращаться.

Полковник достал визитную карточку. На картонном квадратике, выполненном в строгом стиле, было указано, что полковник Бертран служит в тыловой службе при Генеральном штабе французской армии. Многочисленные орденские планки говорили, что он не все время был в интендантах.