Книга Чужое лицо, страница 47 – Сергей Журавлев

– Как ты относишься к американцам, Шарль?

– Терпеть их не могу, – с поразительной откровенностью прозвучал ответ.

– Ты же работаешь на них.

– Поэтому и сдерживаюсь на службе. Американцы накопили богатства в военные годы. А мы, европейцы, теряли миллионы, и не только долларов, а жизней. Нам эта война принесла обнищание и разруху. Зато янки возомнили себя победителями, и из них в отношении всех остальных так и поперла кичливость, самомнение и бесцеремонность. Мы воевали, чтобы освободить наши страны от фашизма. А они за что?

– Наверное, это был их долг союзников.

– Может быть, раньше, на войне. А сейчас понятие долга и патриотизма у многих американских военных подменилось стремлением к наживе. Некоторые из них, даже офицеры, озабочены лишь одним – спекуляцией. Они пускают на продажу все, что попадает под руку: оружие, боеприпасы, взрывчатку, продовольствие, медикаменты… да все подряд.

– Может быть, ты так говоришь из зависти, потому что это течет мимо тебя?

Старшие товарищи по разведке учили Ирека, что для принятия важного решения человеку необходимо показать всю остроту проблемы, подвести его к самому пику эмоционального напряжения. Рациональность в этом процессе не должна быть единственной опорой. Важно, чтобы решение принималось не только на основе логики и разума, но и подкреплялось силой эмоций, глубокой убежденностью в правильности выбранного пути. Только тогда решение будет по-настоящему взвешенным и твердым, способным выдержать любые испытания.

– Конечно, и это тоже, – не стал отпираться собеседник. – Им достаются самые жирные куски, а нам жалкие крохи.

Икар все-таки решился и спросил:

– Ты бы хотел получать больше и не так рисковать, как при продаже оружия темным личностям?

– Дюваль, ты просто так спросил или у тебя есть что предложить? – довольно резко отреагировал авиатехник.

– Я не Дюваль. Ты же знаешь, что легион дает возможность сменить свое имя и биографию, как змея при линьке кожу.

– Так кто же ты?

– Мой отец после возвращения с Первой мировой войны вместе с сослуживцем открыли в Европе частное сыскное агентство. Выискивали кредиторов, следили за неверными супругами, занимались личной охраной, но наибольшие деньги им приносила торговля секретами. Тогда этот бизнес был достаточно распространенным и не считался зазорным. Как-то к ним обратился один итальянский граф. Он обоснованно подозревал молодую супругу в изменах. Когда пришло время расплачиваться за выполненную работу, он попытался надуть детективов. За что был бит.

– Значит, это у тебя наследственное – поколачивать друзей, – язвительно заметил француз.

– Конечно, на себе испытанное средство. Так вот, выяснилось, что у графа нет денег. Тогда-то мой папаша и сделал ему предложение: «Вы же адмирал, окончили академию, служите в Генеральном штабе. Даже если попадетесь при продаже военных секретов, то как близкому родственнику императора ваше дело замнут».

– Согласился? – Глаза Шарля заинтересованно блеснули.

– Конечно. Знаешь, что оказалось самым выгодным?

– Нет, разумеется. Шпионом я еще ни разу не был.

– Это мы исправим, – бросил пробный камень Икар. Француз промолчал, и это было хорошим знаком. – Самым выгодным были продажи дипломатических и военно-морских шифров. Приятели продали их четырем разным покупателям за очень хорошие деньги. Как ты знаешь, шифры еще и регулярно меняются. За этим следил сам граф. Что скажешь?