Книга Чужое лицо, страница 56 – Сергей Журавлев

Сам крейсер «Куйбышев» в зону проведения операции «Морской еж» не заходил из соображений секретности. Это было верное решение, потому что, когда над местом предполагаемой аварии через полчаса показалась пара самолетов-разведчиков с авианосца США, они не зафиксировали присутствия крупных сил ВМФ СССР, ни надводных, ни подводных. Так как русский крейсер находился на значительном расстоянии, он не мог являться причиной инцидента с Б‐47. Таков был и предварительный вывод.

311-й и «Куйбышев» ходко следовали подальше от места операции, где возрастала активность янки. Незачем им мешать заниматься спасательной деятельностью. В районе полуночи тральщик и крейсер сблизились и остановились. Капитаны обоих кораблей распорядились убрать с палубы личный состав – кроме тех, кто был особенно необходим. С тральщика передали концы на крейсер, и 311-й поспешил удалиться. Моряки крейсера, убедившись, что горизонт чист от случайных свидетелей, подняли секретный груз на палубу. Объект тут же закрыли брезентом и на специальной тележке укатили в трюм, где жестко закрепили. На входе в отсек установили парный вооруженный пост. Доступ внутрь имел право только начальник особого отдела флота. Он должен был раз в сутки проверять состояние объекта и для чего-то замерять радиационный фон. Крейсер лег курсом в обход Европы в родную Балтику, в Кронштадт. Операция «Морской еж» успешно завершилась.

Получив более четкие критерии, что именно от него требуется, агент Франсуа развернул кипучую деятельность. Он привлек к добыванию секретов нескольких человек. Икар был удивлен тому, как американцы охотно продают секреты своей родины. Люди военные, они не могли не понимать, что эти материалы могут интересовать только врага.

В одну из встреч Шарль очень настойчиво предлагал приобрести партию американских винтовок всего по пятьдесят долларов за штуку. Сюда же входила доставка товара в любую точку Марокко. Икару пришлось довольно жестко запретить ему заниматься сделками с оружием.

– Сколько ты рассчитываешь получить на этой афере? – спрашивал он.

– Всего двести винтовок по пятьдесят баксов – это тысяча долларов. Целая тысяча, – горячился авиатехник.

– Твоя доля – процентов двадцать, пусть даже тридцать. Это триста долларов. И это реальное оружие, на котором тебя может взять либо американская контрразведка и влепить приличный тюремный срок, либо могут пристрелить жадные арабы. Сколько ты получил от меня за прошлый месяц просто за бумажки?

– Не считал, – буркнул агент. Он уже понял, что не прав, но еще по привычке сопротивлялся.

– Я тебе напомню: шестьсот пятьдесят долларов. И знай, приятель, узнаю, что ты играешь с огнем, то есть с оружием, нашим делам конец. Думаешь, я не смогу найти другого, более понятливого и осторожного человека, с кем можно здесь спокойно работать?

Вопрос остался без ответа, но угроза сработала.

Ивон постоянно обсуждал с агентом вопросы совершенствования конспирации, но риск разоблачения существовал вполне реально.

В один из дней дежурства Ивона на пункте связи там появился Шарль. Это было необычно. Хотя все знали, что они приятельствовали, Икар не раз просил агента не демонстрировать этого на службе. Пусть все думают, что они просто болтают иногда в баре или авиатехник подвозит легионера по пути. Его приход означал, что произошло что-то срочное. Шарль нашел повод заглянуть к своему давнему знакомому, начальнику связи, и подал разведчику знак о срочной встрече.