Книга Черная молния, страница 38 – Сергей Журавлев

Ясир Арафат был талантливым и очень энергичным организатором. По жизни им двигали две страсти: революция, как способ возрождения родной Палестины, и неимоверное честолюбие. Этот огонь пылал в его груди, не угасая ни на мгновение. Чуть позднее к ним добавилась и тяга к материальным благам.

Получая сведения, как восторженно восприняли акцию в израильском аэропорту арабские лидеры, он испытал жестокий приступ зависти к своему давнему товарищу и конкуренту доктору Хабашу. Есть люди, которые искренне радуются успехам своих друзей и близких. Арафат был не такой человек. Сейчас его натура требовала реванша. Это о нем должен был заговорить весь мир, а не о Жорже.

Лидер крупнейшей палестинской организации метался по комнате как тигр в клетке. Он срочно вызвал Абу Дауда. Это был псевдоним, под которым скрывался один из главных офицеров ФАТХ – человек, создавший и выпестовавший бойцов «Черного сентября». Опытнейший профессионал, который руководил оперативным отделом в организации. Именно он являлся «мозговым центром» и главным вдохновителем многих операций этой террористической структуры.

За год своего существования «Черный сентябрь» достиг чрезвычайно высокого уровня подготовки. Эта группа качественно отличалась от других палестинских террористических организаций. ФАТХ осознанно возвел вокруг «Черного сентября» непроницаемую завесу секретности. Конечно, независимость и автономность организации были весьма условными. Руководители организации имели свободу действий лишь на тактическом уровне. Однако ни Арафат, ни какой-либо другой высокопоставленный функционер ФАТХ никогда не признавал свою связь с «Черным сентябрем». В структуре была принята не только повышенная секретность, основанная на жесткой дисциплине, но и тщательный отбор участников.

– Мохаммад, я хочу услышать, что предпринято по операции в Мюнхене. – Только когда они были наедине, руководитель ФАТХ позволял себе называть подчиненного настоящим именем. Это был своеобразный знак доверия.

– С одной стороны, уважаемый Ясир, операция настолько серьезная и секретная, что о ней знает исключительно ограниченный круг лиц, с другой – ее масштабность предполагает задействовать десятки исполнителей и помощников. Поэтому они будут использоваться втемную, зная только свою узкую конкретную задачу. Цели на конечном этапе до исполнителей будут доведены только перед самой акцией.

– Сколько человек будет входить в штаб операции?

– Нисколько. Всю организационную работу я беру на себя.

Арафат с сомнением покачал головой:

– Но тебе придется часто бывать в Германии, для работы на месте понадобятся помощники, знающие немецкий язык. Одно дело – давать задания арабам, живущим в Германии, другое – все выяснять самому. Ты надеешься на нашего представителя в Европе, уважаемого Азиза?

Оперативник отрицательно покачал головой:

– Наш брат по вере Азиз, увы, в последнее время слишком увлекся молодыми немецкими девушками, почувствовал вкус к роскоши. Я не говорю о недоверии, напротив, он хорошо справляется с финансовыми вопросами, но в вопросах, связанных с боевой деятельностью, он профан. Вы же помните, как в прошлом году мы поручили ему устроить взрыв на складе одного еврейского торговца, а он по ошибке взорвал соседний магазин.

Арафат улыбнулся и развел руками: