Книга Черная молния, страница 71 – Сергей Журавлев

– Сейчас напиши имена и установочные данные на арабов, которые собираются ехать в Мюнхен. – Садок Офир заметил, что девушка слегка засмущалась. – Что не так?

– Могу я попросить узнать данные еще по одному лицу?

– Твой парень – араб? – заволновался контрразведчик.

– Нет, он немец.

– Хорошо, можешь, – заулыбался мужчина. – Только навряд ли в нашей картотеке есть материалы на немца.

– Спасибо, тогда позже. Это не к спеху.

Прощаясь, резидент дружески обнял агента и пожелал удачи, назвав ее настоящим именем.

– Помни, что наше с тобой дело направлено на обеспечение безопасности государства Израиль, Ева.

– Я всегда об этом помню, командир.

Ближе к обеду Батый заехал в духан, который Азиз использовал как штаб-квартиру. Палестинец достал из тайника три свертка и передал их гостю.

– Будь осторожен, – предупредил он, показывая свое особое внимание. Проницательный араб замечал, что Абу Дауд благоволит к немцу, поручает ему ответственные задания. Правда, в основном по боевой части. Это устраивало Азиза. Другое дело – финансы, тогда бы следовало волноваться. Это означало, что с Юсуфом надо дружить. Они сели, выпили по пиале с чаем. Конечно, разговор зашел и о предстоящем деле. Азиз решил продемонстрировать свою значимость.

– Мои люди фиксируют всех, кто крутится вокруг объекта. – Он достал пачку фотографий.

– Там же каждый день мелькают толпы народа, никакой пленки не хватит. – Советскому разведчику стало интересно.

– Я велел фотографировать только тех, кто задерживается возле домика и появляется более двух раз. Согласись, это подозрительно. Посмотри, может узнаешь кого. – Хозяин скрыл в стильной бородке ехидную улыбку.

– Так это же я! – воскликнул немец. – Ты теперь и меня будешь подозревать?

Азиз засмеялся в голос, обрадовавшись достигнутому эффекту.

– Мои люди не знают, кто ты, поэтому и сфотографировали.

Батый просмотрел другие фотографии, пара человек его заинтересовали.

– Азиз, мухтарам, распорядись, пожалуйста, чтобы мне нашли объемную сумку для перевозки посылки.

Палестинец позвал мальчишку и отдал распоряжение. Воспользовавшись моментом, Удо незаметно спрятал две фотографии.

По приезде домой он внимательно осмотрел свертки. Каждый был плотно обмотан липкой лентой. Убедившись, что лента обычная, Батый стал аккуратно, слой за слоем разматывать упаковку. Под ней в прорезиненном мешочке находилось несколько брусков очень мощной взрывчатки «семтекс» чешского производства, детонатор, блок питания и радиоуправляемый взрыватель. Собирал бомбу явно не любитель. Разведчик осторожно упаковал все как было. Такая лента продавалась в хозяйственном отделе универмага.

Всю эту операцию Батый проводил в резиновых перчатках. Даже если бомба будет использована, на обрывках липкой ленты хорошо фиксируются папиллярные линии пальцев. Зачем вводить в заблуждение экспертов и оставлять на взрывном устройстве свои отпечатки? Передохнув, он отправился в ночь на машине снова в Мюнхен, с опасным грузом в багаже.

Никогда еще Севера не вызывали так экстренно в Центр. Из Восточного Берлина его спецрейсом сразу же отправили в Москву. Самолет еще заруливал на стоянку, а на поле уже подъезжала черная «Волга». Отвезли его, правда, не на Лубянку и не в только что отстроенную штаб-квартиру разведки в Ясенево, а в Балашиху. Здесь располагался центр специальной подготовки, в котором готовили советских боевиков с довоенных времен.