Книга Красная легенда, страница 46 – Сергей Журавлев

– Так точно, товарищ майор.

– Вообще-то, уже подполковник.

– Поздравляю, Север. Кстати, забыл сказать, я теперь еще и лейтенант разведки Палестины.

Молодой разведчик широко улыбнулся, надеясь, что руководитель тоже посмеется, но Север, наоборот, нахмурился.

– Что-то не так, Север?

– Нет, ты молодец. Просто вспомнилось. В свое время начальник отдела безопасности знакомил меня с информационными материалами по разоблачению предателя Пеньковского. Там в деле мне запомнился один эпизод. Англичане и американцы, подыгрывая ему, присвоили ему звание полковника американской и английской армий. Он попросил их привезти на очередную встречу соответствующие мундиры и сфотографировался в них. Фотографии так и хранились у него в тайнике, где он в форме полковника СССР, Великобритании и США. Теперь скажи мне: какой ведущий мотив для вербовки такого человека?

– Честолюбие. Такого агента надо хвалить, восторгаться, давать ордена Подвязки или Чертополоха – насколько я помню, это главные рыцарские награды в королевстве.

Наконец через три дня адвокату удалось собрать всю «Группу Красной Армии», кроме Питера Урбаха. На это сразу обратил внимание Бодер.

– Товарищи, почему с нами нет Питера? – члены ГКА в последнее время все больше в общении между собой переходили на революционный слэнг. Они не знали, что это один из признаков проявления сектанства.

Хуберт и Юрген переглянулись. Малер одобрительно кивнул соратнику: «Пора».

– Товарищи, мы собрали вас, чтобы сообщить вам пренеприятнейшее известие, – начал Батый фразой классика, неизвестного немецкой аудитории. – Наши палестинские друзья установили, что Питер связан с контрразведкой.

Воцарилась хрестоматийная сцена.

– Как? Питер – предатель? – первой по-женски непосредственно отреагировала Ульрика.

– Ты веришь арабам? – сразу напрягся Андреас. – Насколько проверенная информация?

– Я сам держал в руках шифровку, которую он передал американскому резиденту в Иордании.

– Почему американскому? – деловито поинтересовалась Гудрун. Ей было важно не столько – кто, сколько – кому.

– Видимо, у немецкой контрразведки нет своей резидентуры в Иордании, и они передали его на связь американцам.

– Не человек, а эстафетная палочка, – возбудился Бодер. – Получается, мы уже попали в поле зрения американцев.

– Наша контрразведка с самого начала работает под плотным контролем янки. Это и понятно, большая часть наших мероприятий носит антиамериканский характер. А разве не так, товарищ Бодер?

– Ты прав, товарищ Юрген. Но он все равно наш соратник, он принимал участие во многих акциях плечом к плечу с нами, и я не хочу ошибиться. Поэтому голосую за дополнительную проверку этой информации.

– Я поддерживаю, – как обычно, эхом отозвалась Гудрун. К ней присоединилась и Ульрика.

– Я тоже соглашусь, – через минуту заявил Карл Распе. – Как мы будем проводить проверку?

– Так же, как обычно это делается, – у адвоката, имеющего самый большой опыт в юриспруденции, был готов предварительный план. – Доводим до него материал, важный для полиции, и ждем реакции. Думаю, что такими сведениями может быть время и место, когда мы будем грабить банки.

– Подождите, – заинтересовалась бывшая журналистка. – Почему тогда нас раньше не арестовала полиция, когда мы совершали предыдущие налеты?