Книга Город Порока, страница 5 – Антонио Морале

Программа включалав себя 12-дневные марафоны, каждый день по 10–14 часов. В программу входили лекции, медитации, откровения, работа в парах с минимальными перерывами на еду и отдых. После окончания семинаров участники сообщали о сильном эмоциональном истощении, сопровождаемом чувством эйфории и духовного прозрения.

Также, практиковались обязательные групповые «раскрытия» — каждый участник был обязан рассказать о своих самых болезненных переживаниях перед аудиторией. Это называлось обнажением души и считалось необходимым этапом «очищения».

В структуре организации присутствовала мягкая иерархия: «выпускники», успешно прошедшие курс, получали право наставничества над новичками. Уэллс активно использовал их как «социальное доказательство», ссылаясь на якобы достигнутые ими успехи. Он нередко упоминал в интервью, что среди его учеников были, цитирую — «влиятельные бизнесмены, политические деятели и даже голливудские звёзды».

На критику Уэллс реагировал агрессивно. Любые сомнения в методике воспринимались как личное оскорбление и подвергались жёсткой, порой неаргументированной ответной критике. Некоторые бывшие участники, которые не прошли тренинги до конца, сообщали о публичных унижениях во время курсов, если кто-то выражал скепсис или задавал «неуместные» или «неудобные» вопросы.

Резкий переход, смена направления компании произошёл около трёх лет назад, — продолжила Мишель зачитывать избранные моменты из досье, выделенные аккуратным красным маркером. — Один из бывших коучей заявил, что Уэллс якобы получил божественное озарение и решил построить настоящий духовный центр. С этого момента они в разы снизили количество платных семинаров, отдалились от общества и начали жить коммуной с «избранными» учениками.

Примерно год назад Уэллс заявил, что «получил озарение» и полностью переформатировал структуру организации. Пропала внешняя реклама, набор стал исключительно закрытым. Были отменены все внешние выездные интенсивы, организация приняла форму закрытой общины с признаками религиозного движения.

Показательно, что после смены курса наблюдается отчётливая смена риторики — из языка коучинга в язык религии. Уэллс теперь называет себя «Проводником Света» и «Отцом», а участников — «избранными» и «последователями».

— Стандартная схема вербовки в секту — как по учебнику, —кивнул я своим мыслям. — Сначала марафоны до истощения, чтобы выключить критическое мышление — минимум сна, отдыха, минимум питания и питья. Ранние подъёмы, поздние собрания, скудное питание на весь период марафона, посты, «очищения». Ночные мессы и собрания. Не удивлюсь, если он проводил все свои тренинги в ночное время — когда мозг человека уязвим больше обычного.

— Да, — подтвердила Мишель, глянув в досье. — Ночью…

— И длятся они долго, до самого утра, не позволяя сосредоточиться участникам на логике происходящего. Новичков, по традиции, задаривают вниманием, похвалами и «духовным теплом», после чего следует духовное обнажение — это когда каждый участник делится с группой самым сокровенным — мыслями, желаниями, страхами.

— Думаешь? — нахмурилась Мишель, снова внимательно посмотрев на меня.

— Угу. При такой обработке у людей возникает сильная эмоциональная связь с группой и особенно с лидером. Они ощущают себя одной большой, дружной семьёй. Ну а дальше тоже всё стандартно — хвастовство «успешными учениками», успешными бизнесменами и знаменитыми актёрами. Система рангов, система поощрений, чувство уникальности, избранности… — я вздохнул. — Неудивительно, что всё это переросло в «общину любви» в глуши с еженедельными мессами и сексом под соусом очищения.