Книга Бабушка, страница 80 – Джейн Э. Джеймс

– И сколько тебе понадобилось, чтобы меня заменить? Час?

– У него есть работа, –  сухо произносит она.

– У меня тоже есть работа, –  отвечаю я с возмущением.

– Только ему за нее платят, –  фыркает Лия, приподнимая бровь.

Интересно, воротит ли Уэйна от нарисованных карандашом бровей так же, как меня?

– Я хотел помогать людям, –  оправдываюсь я, как нытик, даже самому противно.

Она вскипает:

– А мне и Сэффи ты помочь не хотел?!

– Я делаю достаточно.

– Да неужто?! –  В ее словах есть резон, хоть вслух я этого не признаю. –  Ты собирался оставлять нас одних по ночам, чтобы помогать каким-то алкашам и наркоманам! Тем, кому давно плевать на свою жизнь.

– Я уверен, что могу изменить их жизнь, –  упорствую я, пытаясь донести, как важен для меня этот шаг.

– Да ты попробуй жизнь своей семьи изменить! –  рычит Лия, а затем, после паузы, угрюмо бросает: – Неважно, Винс, все кончено. У нас нет будущего.

– Заметно, –  язвительно бросаю я. И вдруг осознаю, что мне должны быть по хрену и Уэйн, и Лия. У меня не сердце разбито, просто задето самолюбие. –  В любом случае, –  начинаю я, собираясь поговорить о Сэффи, ведь я намерен быть хорошим отцом даже после расставания с ее матерью, когда мой взгляд падает на сверкающий бриллиант на безымянном пальце Лии. –  Это то самое кольцо, которое ты потеряла в доме Скарлет? –  Меня как будто током ударило. Она растерянно смотрит на свою руку, словно сама не понимает, как оно там оказалось, и на ее лице появляется выражение стыда. –  Не думаю, что видел его у тебя раньше… –  Я продолжаю осторожно, все еще не в силах поверить. –  Если бы у меня была привычка спешить с выводами, я бы решил, что это кольцо тебе подарил Уэйн, поэтому ты так за него тряслась. И что вы уже помолвлены.

Глянцевые губы Лии дрожат. Я понимаю, что попал в яблочко. К горлу подкатывает тошнотворный ком. Убедиться в ее измене действительно больно. С другой стороны, именно так я поступил со Скарлет, поэтому заслуживаю таких же страданий. Говорят, карма –  бессердечная стерва. Чертовски верно подмечено, думаю я, глядя на свою уже бывшую девушку.

Взгляд Лии смягчается, и она тихо произносит:

– Мне правда жаль, Винс. Сердцу не прикажешь, правда?

Эти слова вонзаются мне в сердце, потому что ровно то же самое я сказал своей бывшей жене в доме номер семь, когда собирал вещи. Если бы не я, Скарлет была бы жива. Даже не сомневаюсь. Конечно, я не убивал ее своими руками, но все равно ее смерть –  на моей совести.

Джорджина Белл превращается в серьезную проблему. Она оставила уже два сообщения на автоответчике с тех пор, как нагрянула с визитом. Требует показать ей свидетельство о смерти Чарльза, якобы «что-то не сходится». Ну и наглая же тварь! В ее голосе звучала откровенная угроза.

Девочки спят каждая в своей комнате, а я попиваю бренди, размышляя о событиях долгого дня. Конечно, можно в очередной раз заверить Джорджину, что она взяла ложный след и что в смерти Чарльза не было ничего странного, но сомневаюсь, что она мне поверит. Хм… Как же поступить? Вопрос становится все более острым. Пока ясно одно: ей стоит быть осторожнее. Она понятия не имеет, на что я способна.

Если бы я рассказала всю правду… Я не имела удовольствия даже встречаться с Чарльзом Каслом, не то что его убить! Увы, такая откровенность для меня за гранью. Я уже давно перестала быть Нэнси Тиррелл. А Ивонн Касл, милая, добрая и скромная вдова, с которой я познакомилась на кладбище, уж точно не могла спланировать убийство мужа. Только о нем и говорила. Когда мы впервые встретились, обе горевали о мужьях, –  каждая в своей манере, –  похороненных на одном кладбище. Но ее слезы лились еще долго после того, как мои высохли. Ее муж был значительно богаче моего, и она осталась в завидном положении: достойная пенсия, дом без ипотеки и приличные сбережения. Тогда как мой Тед прежде, чем скончаться, провел десять лет в тюрьме за серию грабежей и убийство. Годы в одиночестве стали для меня самыми счастливыми в нашем браке.