Книга Мы раскрываем убийства, страница 70 – Ричард Томас Осман

– Нет, это такая поговорка.

– Ясно, – отвечает Макс. – Так скажите, вы заинтересованы в сотрудничестве со мной?

– В сотрудничестве с вами? Думаю, это разумно. Полагаю, даже наш друг Спиноза одобрил бы это сотрудничество.

– Если мы будем работать вместе, – говорит Макс, – у меня есть определенные требования. Ожидания.

– Полная круглосуточная охрана семь дней в неделю, – отвечает Хэнк. – Телохранителей сможете выбирать сами. А за посредничество заплачу два миллиона в год.

Макс берет книгу с дубового столика возле кресла. «Иран в четырнадцатом веке: вопль неопределенности». Он кладет ее обратно.

– Что-то еще, Макс? – спрашивает Хэнк.

Макс достает из кармана карточку и протягивает Хэнку.

– «Ты труп». Боже правый. Есть мысли, от кого это может быть?

– Нет, – отвечает Макс. – Меня все любят. Даже в журнале «Грация» это написали.

– Посмотрим, что можно сделать, – говорит Хэнк. – Кажется, в «Максимальной защите» о вас плохо заботятся.

Макс снова берет книгу, забыв, что это «Иран в четырнадцатом веке: вопль неопределенности». Он кладет ее обратно.

– Много клиентов Джеффа к вам ушли? – спрашивает Макс.

– Чайки следуют за путником.

Макс кивает:

– А правда, что вы сказали Джеффу, что я неправильно держу пистолет?

– Что?

– В «Погроме–7».

– Что такое «Погром–7»?

Теперь уже Макс усмехается:

– У вас прекрасное чувство юмора, Хэнк.

– Спасибо, Макс.

Макс встает и хлопает Хэнка по спине.

– Подготовьте контракт, и я его подпишу.

– Рад был увидеться, Макс, – говорит Хэнк и снова открывает книгу. – Я прослежу, чтобы вас никто не убил.

Возле двери Макс слышит тихий плач женщины, читающей книгу про горе. Он делает вид, что читает журнал про яхты, а сам незаметно ее изучает. Он никогда не умел плакать на камеру. Если в сценарии предусмотрен плач, он просто заменит его на «разгневанный рев» – рев у него хорошо получается.

Он подходит к женщине, кладет руку ей на плечо и добродушно улыбается.

– Хотите автограф?

Женщина поднимает на него заплаканные глаза.

– Не знаю, кто ты, сынок, но убери, пожалуйста, руку.

Макс медленно кивает. Он все понимает. Горе порой играет с людьми злые шутки.

44

За последние несколько лет Эми оказывалась в смертельной опасности в разных странах, но на таком красивом острове – еще никогда.

– Сент-Люсия – единственное государство в мире, названное женским именем, – говорит Рози.

– А как же Виргиния? – спрашивает Эми.

– Виргиния – не государство, а штат, – отвечает Стив.

Они с Рози переглядываются и закатывают глаза. Эми не уверена, что ей по душе этот альянс.

Они поднимаются по наклонной прибрежной дороге. По одну сторону тянется бескрайняя синева, по другую – бесконечные изумрудные горы. В излучинах дороги приютились живописные деревушки; с деревянных террас открывается вид на Карибское море.

Эми наслаждается видом, но не может не заметить, что Стив всю дорогу сидит, уткнувшись в телефон, и делает это как будто специально.

– Красивый вид, Стив, – говорит она.

– Обойдусь, – отвечает он, не отрываясь от телефона. – Долго еще, Ферди?

Таксист Ферди оборачивается почти на сто восемьдесят градусов.

– Еще два километра в гору и три под гору. Ехать быстрее?

– Да, пожалуйста, – хором отвечают Эми и Рози.

– Нет, спасибо, – говорит Стив. Его взгляд по-прежнему прикован к телефону.

Эми заглядывает в телефон.