Книга Искатель, 2005 №1, страница 73 – Николай Буянов, Песах Амнуэль, Кирилл Шаров

— Не знаю. Понятия не имею. Это вы детектив, а не я. Меня на суд позовут как эксперта. Даже не как свидетеля.

— Скажите, Кристина, — перебил женщину Манн, — вы ведь с самого начала знали об этой истории с подменой картин?

— Я? Почему вы решили…

— Вы не удивились. Когда я рассказывал о том, как была совершена подмена, вы слушали, кивали головой и совершенно не были удивлены. Даже не пытались разыграть удивление: то ли посчитали это ненужным, то ли не подумали… И об убийстве Альберта вы знали раньше, чем это было сообщено по телевидению. И около дома Альберта оказались не потому, что искали меня, — незачем вам было меня искать так поздно, вы могли рассказать о своих виденияхзавтра утром — или боялись забыть? И ваши слова о том, как вы точно рассчитали, что я буду именно там… Что мне было, вообще говоря, делать в квартире Койпера, где уже поработала полиция? Нет, вы приехали, потому что вам самой что-то нужно было в этой квартире. Увидели с улицы, что в комнатах горит свет, и остались ждать. Кого вы думали застать? Только не нас с Кейсером — я же видел, как вы были удивлены. Так кого вы там предполагали увидеть на самом деле?

— Вас, — сказала Кристина. — Но одного. Я удивилась тому, что с вами оказался Питер.

— Вы еще не видели кто со мной, когда… Ну хорошо. Похоже, что правды ни от вас, ни от господина Кейсера мне не услышать.

— Я не лгу!

— Пришло время, — продолжал Манн, — заканчивать, наконец, с этой историей. Вы хорошо знаете господина Ритвелда — он поздно ложится? По-моему, он сова…

Манн достал из кармана телефон, посмотрел на дисплей — за последние два часа было зафиксировано шесть звонков, но звуковой сигнал Манн выключил, когда входил в дом Койпера, и всем звонившим отвечал автоответчик. Нажав несколько кнопок, Манн убедился в том, в чем и так был уверен. Выбрав в памяти аппарата номер мобильника Ритвелда, детектив поднес трубку к уху. Кейсер не смотрел в его сторону, он не отрывал взгляда от Кристины, будто ожидал с ее стороны непредсказуемых поступков, а журналистка сидела, прикрыв веки и думая о чем-то своем. В трубке раздавались долгие гудки — похоже, художник все-таки отправился спать. Или… Ритвелд мог не захотеть отвечать на звонок Манна, он же видел, кто к нему пробивался.

— Господи, — сказал наконец хриплый голос художника, — я вас умоляю… Тиль, вы не могли найти другое время?

— Я вас разбудил? — с иронией спросил Манн. Он был уверен, что Ритвелд не спал.

— Именно, — сказал художник. — Вы хотите сказать, что знаете, кто убил Альберта?

— Я хочу сказать, что нам нужно поговорить. Где вас можно найти?

— Сейчас?

— Сейчас. Мы можем приехать к вам в мастерскую через двадцать минут.

— Мы? — переспросил художник. — Со старшим инспектором Мейденом?

— Нет. Так мы едем?

— Ну… Хорошо. Я буду.

Ехать к Ритвелду Кейсер отказался наотрез, и Манн отпустил издателя домой — да и как он мог заставить его делать то, чего тот делать не хотел? К тому же пользы от его присутствияМанн не представлял — разве что как источник эмоционального давления. «Я вас видел!» «Что за чушь вы рассказываете?» «Вы явились к Альберту на моих глазах!» «Да я спал у себя дома»… Бессмысленно.

— Зачем вы его отпустили? — спросила Кристина, когда автомобиль Кейсера скрылся за поворотом улицы Бреин-страат.