Книга Искатель, 2005 №9, страница 50 – Елена Глинкова, Иерей Георгий (Максимов), Федор Березин, и др.

Неожиданно Лейлани громко всхлипнула и с размаху уткнулась мужу в плечо. Ланс вздрогнул, удивленноповернул голову; напряженный взгляд вдруг растаял, и он ласково потрепал жену по спутавшимся волосам.

— Кого же еще могло напугать присутствие шпионов? Настолько, что потребовалось заткнуть рот, который мог начать говорить… С Лейлани и Лансом мы уже разобрались, Окахара — ни при чем… вернее, он, так сказать, вынужденно бездействовал… Дебби с Барби — спят вечным сном, оба охотника — тоже упокоились, мы с Машкой, повторяю, ни при чем… Бунма? Давайте разберемся… Как героиновый дилер она отправляется в тюрьму — и дальше, к стенке! — даже с гораздо большей скоростью, чем Лейлани, которая всего лишь этот героин употребляет! Последнюю добрые судии при благоприятном стечении обстоятельств могут даже помиловать, если, конечно, учтут некоторые смягчающие обстоятельства, и тогда она отделается всего лишь пожизненным заключением…

Лейлани издала горлом ужасный душераздирающий звук. Ланс обнял ее и покачивал теперь за плечи как ребенка.

Арсений поднял указательный палец, призывая публику к вниманию, что, в общем-то, было излишне, и без того все слушали чуть ли не с открытыми ртами. Даже Суксом Сукхопан начал отдаленно походить на живого человека, он несколько раз поднимал на докладчика внимательные глаза, а потом даже потряс левой рукой, правда, безотносительно к рассказу — как если бы она у него вдруг затекла.

— Имейте в виду, я намеренно отослал прочь упомянутых шпионов, чтобы при нашем откровенном разговоре не присутствовали третьи лица… Я имею в виду, напрямую не причастных к описываемым событиям. Итак… Бунма. С виду — милая девушка, которая собирается замуж за работника гостиницы, крошку Пу. На самом деле — проститутка, естественно, связанная с теневым миром… Теперь скажите, зачем ей, так сказать, горбатиться, когда за одну ночь она может получить уж никак не меньше, чем в гостинице за месяц тяжелой работы? Почему она вообще здесь, а?

Подросток снова требовательно посмотрел на Палмера, который по-прежнему держал руку на плече жены; та, закусив губу, исподлобья настороженно следила за подростком, явно ожидая очередного подвоха.

— Вас кто-то попросил взять се на работу, так? Тот, кому вы не могли отказать? Тот, кто хотел, чтобы она наконец исправилась, чтобы жизнь ее наладилась, чтобы она нормально вышла замуж и превратилась в порядочную женщину…я угадал?

Ланс неуверенно дернул плечом; кажется, сначала он хотел кивнуть.

— Но нет, она не оправдала его надежд… С виду-то все хорошо… а наделе… Ведь это она навела тех двух негодяев, своих старых знакомцев, на вашу гостиницу… а значит, на Барби… и на вашу жену.

Палмер вздрогнул при этих словах и поднял вопросительный взгляд на Суксома Сукхопана, который, между тем, уже снова превратился в изваяние — по крайней мере, мускулатура его лица, кажется, и впрямь окаменела.

Арсений тем временем с видом заправского фокусника повел перед собой руками и откуда-то, как из воздуха, достал новую карту. Джокера. Колода карт, очевидно, была местного производства, и хотя короли, дамы и валеты имели привычный европейский вид, последний появился на свет определенно где-то поблизости: шафранного цвета шелковое одеяние, плоское смуглое лицо, приплюснутый нос и узкие щелочки глаз явно свидетельствовали об этом. Подросток наслаждался произведенным эффектом.